Минарет над Тиролем или геометрия одного компромисса

minaret-v-telfse

Фото: Reuters

Минарет значим для мусульман, уже давно живущих в Австрии. Потребность в нем связана не только с религиозными причинами, а также с тем, что башня могла бы быть признаком принятия. В отличие от других общин, в Тельфсе решили предоставить иммигрантам это право в сочетании с интенсивной программой их интеграции.

Страсти вокруг минарета

По идее, храм должен быть виден, как и путь к нему для верующих. Но минарет в австрийском Тельфсе заметить довольно трудно, только находясь в непосредственной близости от мечети. Она расположена на окраине небольшого городка в тирольской долине реки Инн, примерно в 30 км к западу от Инсбрука. Коническая белая башня минарета украшена позолоченным шаром и полумесяцем, а внизу он декорирован цветной плиткой. У фасада на подиуме установлен османской символ — тюльпан. Мечеть делит бывшее здание медицинского центра с турецко-исламской культурной ассоциацией (ТИКА).

Внешне постройка почти не ассоциируется с восточным мотивенным домом, и вообще теряется на фоне рекламных банеров стоящего неподалеку Макдональдса. Тем не менее, разгоревшийся из-за этого минарета конфликт несколько лет назад попал на первые полосы автрийских газет и даже стал эпизодом криминального сериала «Tatort». Все началось с того, что осенью 2005 года ТИКА инициировала проект строительства 20-метрового минарета рядом с мечетью. Что вызвало бурный протест со стороны местных жителей, собравших 2500 подписей, что де минарет превратит Тельфс в место паломничества, а это, в свою очередь, приведет к увеличению транспортного потока и шума.

Масло в огонь подлили представители правого крыла популистской Партии свободы (АПС), расценивающие минарет как религиозный символ власти, к тому же нарушающий традиционный австрийский пейзаж. Но эти возмущения не застали врасплох адвоката и бывшего мэра Тельфса Стефана Опперера. Как он вспоминает, что вполне осознавал степень взрывоопасности этого проекта. В конце концов, это был первый минарет в консервативном Тироле. Да и эскалация дебатов вокруг минарета подпитывалась местными таблоидами. И все же Опперера удивило то, что конфликт набрал такие обороты – ведь, Тельфс привык к сосуществованию различных культур.

До начала 80-х годов Тельфс был центром текстильной промышленности, и после «соглашения найма» между Австрией и Турцией в 1964 году начал компенсировать дефицит рабочей силы, привлекая трудовых мигрантов. Турки приезжали в Тироль на автобусах, рассказывает Опперер. Фабрики со временем закрылись, а бывшие гастарбайтеры так и осели в Тельфсе, что является причиной сравнительно высокой доли здесь иностранцев, свыше 16% от населения городка. По последним же данным статистической отчетности, каждый шестой житель Тельфса имеет турецкие корни.

«Справедливая» высота минарета

Будучи мэром Тельфса на момент представления проекта строительства минарета, Опперер лично его поддержал: «Люди, которые приходят молиться в этот дом, хотят поставить рядом с ним колокольню. В чем проблема?» В то же время он подчеркнул, что не было никакой законной причины запрета на строительство минарета, тем более что на здания, предназначенные для отправления религиозного культа, не распространяются ограничения по высоте, указанные в тирольских строительных нормах. Решение мэра было одобрено при поддержке представителей Консервативной народной партии (АНП), но вызвало массовую неприязнь, вплоть до анонимных угроз смерти. Три месяца семья Опперера жила под защитой полиции. И конфликт удалось загасить только откровенно странным компромиссом.

Католическая церковь в Тельфсе приблизительно 60 м высотой, и Опперер вычислил высоту минарета на основе соотношения в городке числа мусульман и католиков. «Справедливая» высота минарета составила 17 м. В итоге, в земельном рееестре минарет был зарегистрирован высотой в 15 м. И жители тогда успокоились. Член парламента Джеральд Хаузер, который тогда был одним из лидеров Партии свободы, боровшейся против строительства минарета, все же расценивает решение Опперара как успех. Он гордится тем, что в австрийском обществе сложилась культура преодоления подобных гражданских конфликтов.

Тем не менее Хаузер считает ошибочным строительство минарета, особенно в Тироле, живущем за счет туризма. Минарет же является внешним признаком завоевания, что даже как-то имплицитно выразил премьер-министр Турции Эрдоган. Это поддерживает отсутствие у иммигрантов стремления к интеграции и тенденцию на формирование параллельного общества. Потому что, убежден Хаузер, для свободы вероисповедания нет необходимости в колокольнях.

Со своей колокольней

Представитель ТИКА, Кодир Корук, напротив, считает необходимым строительство минарета, который сделал саму мечеть заметной. За исключением открытой 35 лет назад большой мечети в венском Флорисдорфе, мусульманские молитвенные помещения в Австрии часто незаметны, так как под них приспособлены гаражи, складские помещения или промышленные здания. В связи с этим Корук гордится тем, что их минарет – третий в стране. Двери культурного центра открыты настежь. «Для всех желающих», — говорит Корук. На стене висят госудаственные флаги, австрийский и турецкий. Электронное табло показывает время пяти намазов, на полке стоят Кораны в голубых кожаных переплетах. И здесь же Корук с гордостью показывает витрину, на которой выставлены именные майки таких известных турецких футбольных команд, как стамбульский Бешикташ или Галатасарай.

Слухи  о спорах вокруг тельфского минарета докатились и до Турции, и поэтому уже несколько клубов разбили здесь неподалеку свои тренировочные лагеря, пояснил Корук. По пятницам футболисты съезжаются в Тельфс для общей молитвы. Для Юсуфа Читака, президента тельфского отделения ТИКА, бурная негативная реакция жителей на строительство минарета была полной неожиданностью. Но все же признает, что в то время ими также были допущены ошибки. Надо было вести диалог с жителями городка и его окрестностей, лучше их информировать. К примеру, никогда даже не планировались громкие призывы муэдзина с минарета. Сегодня ассоциация активно содействует интеграции, участвует в местных праздниках, сотрудничает с домом престарелых. Читак полагает, что ситуация с минаретом оказалась полезным культурным опытом для местных жителей, потому что они убедились в том, что их опасения не подтвердились.

Результаты стоят усилий

На самом деле, конфликт вокруг тельфского минарета нас многому научил, также считает Эдит Гессенбергер, занимающаяся вопросам интеграции иммигрантов в местной общине. Эта штатная единица был создана в ходе дискуссии, что продемонтрировало – местное руководство берет на себя решение проблемы, а не отрицает ее существование. Минарет значим для мусульманского населения, которое здесь, в Тельфсе осело и уже давно живет по факту, что стало просто видно посредством минарета. «Могут ли они это себе позволить?» Этот вопрос разжигает споры, говорит этнолог.

В отличие от других общин, в Тельфсе решили предоставить иммигрантам это право в сочетании с интенсивной программой их интеграции. Она включает в себя адаптационные и финансовые консультации, конкретную юридическую помощь для мигрантов, курсы немецкого языка для детей и матерей, рекреационные и образовательные проекты, в том числе по работе с молодежью. Для города в 15 тыс. жителей это является примером того, что можно осуществить всего лишь за год работы, говорит Гессенбергер. Она убеждена, что результаты стоят усилий.

В отличие от многих других близлежащих общин, в Тельфсе не возникло трений по поводу размещения сорока человек, ищущих убежища в лагере для беженцев. Наоборот — люди собрали вещи для беженцев или сопровождали их к врачу. Это показывает, насколько позитивно изменилось отношение местных жителей к изменяющемуся составу населения, говорит Гессенбергер. Конечно, проблем еще хватает. Например, оставляет желать лучшего уровень освоения языка женщинами, которые выходят замуж и переезжают в Тироль из Турции. Или же тот факт, что турецкие мигранты в третьем поколении даже более религиозны, нежели их родители — что может привести к напряженности.

Не всегда идет гладко

Так, 22-летний Онур отоваривается в турецком супермаркете, что на главной площади Тельфса. Он любит лепешки, о чем говорит почти извиняющимся тоном. Тем не менее, Онур хорошо интегрирован. Его подруга — австрийка из Каринтии, и он считает, что они на самом деле могут послужить ярким примером, того, что сейчас происходит в Австрии. Онур со своей девушкой ходит в католическую церковь на воскресные мессы, у него дома Коран стоит на полке рядом с Библией. Но родители девушки не привествуют их отношения. «Они боятся, что я запру ее в четырех стеназ или заставлю носить платок», — смеется Онур. И когда он приходил на местные молодежные вечеринки, то поначалу она него косились и даже обзывали «черноголовый». Хотя он платит налогов не меньше других и также, как и все отслужил в армии, подчеркивает Онур.

Опперер также считает, что сосуществование местных жителей и иммигрантов не всегда идет гладко, и все еще нередко мигрантов ущемляют. И в Тироле тоже, многие к чужакам относятся с подозрением. «Mia san mia» — эту фразу часто можно услышать от тирольца. Что означает: «Мы – это мы»  Когда Опперер, уже после истории с минаретом, занимался вопросом выделения мусульманской секции на тельфском кладбище, это снова вызвало шквал возмущения, хотя и уже не такого масштаба. И, наконец, Опперер четыре года назад включил иммигранта Гювена Текчана вторым в своем списке на муниципальных выборах. Текчан прошел, получив самый высокий рейтинг избирателей и стал первым членом совета тельфской общины, выходцем из Турции.

Австрия всегда была форпостом свободы вероисповедания

В настоящее время в Австрии проживает около 600 тыс. мусульман, что составляет 7% процентов населения страны. Их число увеличилось в последние годы в связи с иммиграцией и высокой рождаемостью. Исламская религиозная община Австрии (ИРОА) году была официально зарегистрирована в 1979 г., хотя она не охватывает всех живущих в стране мусульман. У алавитов есть своя собственная община. Австрия всегда была форпостом свободы вероисповедания, говорит Фуат Санак, президент ИРОА. Государство уже с 1912 регулирует отношения мусульман — был принят первый в западноевропейской практике закон (Islamgesetz), признающий религиозные исламские сообщества. Его принятие стало ответом на аннексию Боснии в 1908 году, после чего в Австро-Венгенской империи проживало более полумиллиона мусульман.

Но при всей важности самого факта официального признания мусульманских сообществ, говорит Санак, это не означает, что все проблемы решены. Например, австрийские мусульмане непосредственно ощущают на себе любые конфликты, возникающие в исламском мире, в виде обвинений и очернений. Жизненно важным для мусульманской общины, продолжает Санак, также является адаптация многовекового исламского права к современным реалиям. Проект новой редакции исламского закона в настоящее время проходит юридическую экспертизу. Он создает правовые рамки для мест отправления религиозного культа и ритуалов, в том числе вопросы размещения мусульманских кладбищ, образования духовных лиц,  регулирует праздники и закреплляет главенство государственных законов над религиозныхи уложениями. Есть и спорные моменты, такие как положение о том, что имам или религиозное общество не может финансироваться из-за рубежа.

Минарет как признак принятия

Санак также говорит о необходимости создания правовой основы для строительства мечетей, которые бы положили конец конфликтам с местными жителями, снова и снова возникающим вокруг создания нового молитвенного места. И как правило, эти конфликты часто используются национал-популистами. На сегодняшний день в Австрии действует около 250 мечетей, но они, как и в других европейских странах, расположены часто в складских помещениях или подвалах. Мы стремимся изменить ситуацию, говорит Санак. Мусульмане хотели бы гордиться своими мечетями, и для этого также может служить минарет. Потребность в нем связана не только с религиозными причинами, а также с тем, что башня могла бы быть признаком принятия. На сегодняшний день в Австрии существует четыре мечети с минаретами: в венском Флорисфорфе, зальцбургском Зальфельдене в Зальцбурге, в Тельфсе и Бад Веслау — в Нижней Австрии.

В Каринтии в 2008 году строительство минарета было запрещено решением губернатора Хайдера, в целях сохранения традиционного австрийского пейзажа. Аналогичное решение было применено и в Форарльберге. Санак не признает эти запреты, считая, что по каждому конкретному проекту их можно опротестовать в суде. Вот и минарет в Тельфсе не был бы построен, будь на месте его мэра кто-то другой. «Он похож на российскую ракету», — говорит Санак.

Авторский перевод Светланы Александровой Линс

Оригинал: M. Baumann «Das Tiroler Minarett stoert nicht mehr», Neue Zuercher Zeitung, 9.10.2014

____________________________

При перепечатке и копировании статей активная ссылка на журнал «В загранке» обязательна. Адрес статьи: http://vzagranke.ru/adaptaciya/za-barerom/minaret-nad-tirolem-ili-geometriya-odnogo-kompromissa.html

Понравилось? Подписывайтесь на журнал прямо сейчас:

(посмотреть видео Процедура подписки)

назад к выпуску >>

к рубрике >>

Оставить комментарий