Night club по-ташкентски

Визит — Часть 4-я

Предыдущая часть

lenin-disco

Фото: www.goldentime.ru

Накануне

Вечером партшкольники собираются у проходной. Проектор, стоя у входа в автобус, проверил, чтобы все было строго по списку. Расставил против каждой фамилии галочки. Кого-то остановил:
– Так! В сторону. Нет тебя списке, Шурупов.
– Как это нет? А кто решение принимал? Кто составлял списки-то?
– Давай в стороночку.
– Во-первых, не Шурупов, а Шарипов…
– Все равно – в стороночку!

Подходит «мокасиновый герой» с синяком. В черных очках.
– Ты зачем на ночь глядя очки надел?
– Врач прописал.
– Болеешь, что ли? Тогда оставайся!
– А давайте я вместо него.
– Не успеешь, Шурупов.
– А куда ехать-то надо? Я подъеду!
– Ладно, Шурупов. Ты сиди в комнате. Если что – я тебя позову.
А ты («герою») – остаешься. Лечись!
– Что ж я: зря мокасины покупал?
Шарипов:
– Так давай я их у тебя перекуплю.
– Э-эх!

В подвалах ресторана «Зеравшан»

– Как ты думаешь, кто они – вон те ребята? – спросила Маргарет мужа, показывая на «партшкольников».
– Которые в одинаковой одежде? Наверно какой-нибудь ансамбль.
– Танцевальный?
– На вид… слишком хромые для танцев.
– Они не хромые. Такое чувство, будто им туфли жмут. Видимо, им купили танцевальные туфли для выступления, прямо накануне.

Он пожал плечами в ответ, типа «все может быть».
– Послушай-ка, мы можем их выручить! Если пойдём танцевать босиком, им не останется ничего другого, как сделать то же самое.
– Думаешь, это будет для них облегчением?
– Да я точно знаю! Сама ненавижу тесную обувь.
– Это благодеяние, Маргарет, зачтется тебе на небесах.
– Надеюсь!

Ловко сбросив туфельку, она поймала её на лету, положила под стул. И – пошла в круг. Босиком! Пьер ее догнал. И успел выйти на середину танцевального круга первым. И они показали «партшкольникам» мастер-класс. Свинг. Ча-ча-ча…

lazgiА партшкольники ответили им летка-енкой, халей-галей. Твистом. Огненным лязги! Спасением для них была солистка национального ансамбля «Бахор» со своим коронным арабским танцем.

…Говорят, арабский танец возник в кочующих общинах во времена, когда женщина-роженица могла оказаться в дороге. Какая уж там медицинская помощь? И повитухи-то рядом нет. От бабушек, родительниц передалось им искусство в такой момент не теряться, а… танцевать!

Танцевать, помогая плоду найти свою дорогу на белый свет.
Танцевать динамично, играя каждым мускулом, и самой мелкой мышцей.
Танцевать, забывая боль.
Этот танец — наедине с собой, наедине с природой.
Где каждое движение живота – спасительно.
Танцевать — сколько только можешь, быстро двигая животом, открывая родовые пути. Помогая малышу спуститься на волю. И только когда уже становилось совсем невмоготу – садилась она, бедняжка, на землю и кричала долгим криком, от которого сотрясалось небо. Приветствуя новую жизнь. Нет, неспроста этот танец назвали «Танец жизни»!

Отбросив тяготившую ее статусную роль, вдали от чопорных политиков северной Америки, Маргарет наслаждалась родным до боли Night club, замешанном на таинстве партшколы с восточным отливом.

Застольные сценки

– Слушай, Шарипов, не пей так много.
– Хочу – и пью. Сказали же, сами заплатят!
– Заплатить-то заплатят! Просто неудобно.
– Кому неудобно? Мне – очень удобно…

***

– Знаешь, я так хочу сказать ей что-то приятное!
– Дак и скажи.
– Но я же ничего не знаю по–английски! А ты?
– Знаю.
– Тогда подскажи мне!
– Скажи ей: «Do you speak English?»
– А что это значит?
– Это значит: «А ты говоришь по-английски?»
– На каком языке они говорят, они там говорят?
– На английском.
– Ты что, дурак? Советуешь мне спросить: может ли она говорить на языке своей страны, или нет?
– Ну… всяко ведь бывает.
– Ты с ума сошел! У нас девушки и на узбекском говорят, и на таджикском. И по-русски понимают.
– Сравнил! То ж у нас. А то – у них.

Внутренний дворик

Однако в подвалах «Зеравшана» стало душно. И Маргарет захотелось ощутить запах майского ветра.
– Пьер, я хочу выйти на воздух.
Трюдо спросил переводчика:
– Где здесь можно проветриться?
– В ресторане есть внутренний дворик.
– Покажите.

Репетиция

Тем временем в дворовой части «Зеравшана» шла репетиция к завтрашней свадьбе. Постановщик нервничал: актеры были давно готовы, а вот невеста с женихом заставляли себя ждать. Заприметив образовавшуюся во дворике красивую пару, постановщик отправил к ним своего помощника:
– Ну-ка, спроси во-он тех ребят (показывает рукой на чету Трюдо): может, они согласятся помочь? Скажи: нужно пройтись один раз вокруг костра как «киев — келин»./*

Помощник пошел к супругам Трюдо, стараясь донести до них просьбу. Переводчик попытался его отогнать, но Пьер Трюдо остановил:
– Переведи, что он хочет?

Тот пояснил:
– Это актеры. Они никак не могут начать репетицию: ждут жениха и невесту. Те припаздывают. Спрашивают… просят: не поможете ли вы им сделать первый прогон?
– Так что нужно делать?
– Пройтись вокруг костра в роли жениха и невесты. А актеры будут вас сопровождать.

Пьер смотрит вопросительно на Маргарет.

– Что ты скажешь, дорогая? Это ведь не идет вразрез с интересами государства? Разве премьер не может поработать волонтером? Безвозмездно? В нерабочее время? Ночью? В составе маленькой выездной актерской труппы? В южной республике? А?
– Может — может — может!
– И ты не прочь побыть моей невестой? Еще раз?
– Даже не надейся, что я могу упустить такой шанс, Пьер!
– Тогда идем! Скорее!

jenoh-i-nevestaЖенщины подхватили с четырех концов белый шелковый плат, напоминавший размерами маленький парашют. От жара пламени тот раскрывается над их головами тугим куполом. В руках у остальных артистов – чилдирма, чанг-кавуз, у кого-то домбра.

На плечи Пьера и Маргарет набрасывают расшитые халаты молодоженов, голову Маргарет прикрыли келинским платком. Свадебная процессия двинулась «в поход» под пение: «Келин келди, ер — ер»./**

Невестушка приходит
В свой новый дом –
В дом жениха она войдет.
Ер — ер, ер — ер!

Тихим, робким шагом
Она ступает на порог,
Ее приход удачу принесет.
Ер — ер, ер — ер!

Вот словно яркая луна
Восходит, освящая ночь –
Невестушка заходит в дом.
Ер — ер, ер — ер!

Невестушка моя, не плачь!
Хозяйкою ты в дом войди,
В свой дом – в твой дом.
Ер — ер, ер — ер!

Сегодня, в свадебную ночь
Бальзам на сердце жениха,
Дом светится лучами глаз ее.
Ер — ер, ер — ер!

Птица счастья на голове ее,
На платье обронив перо, токует
Птица древняя Хумо.
Ер — ер, ер — ер!

Любуется народ на радость их,
И пусть никто не сглазит
Удачу их, любовь.
Ер — ер, ер — ер!

Обернувшись вокруг костра, процессия идет дальше вдоль ковровой дорожки. Выстроившись попарно по краям дорожки, танцовщицы подбрасывают в воздух белое полотно. Легкий, почти невесомый шелк зависает над «киев – келин» почти тридцать секунд – будто над ними течет шелковый прибой. Двенадцать волн создают ощущение фантастической нереальности видимого.

После «прогона» разгоревшийся костер успокаивают, приглушают. Начинается соревнование джигитов. Друзья жениха готовятся к прыжкам над пламенем. Маргарет и Пьер, стоя у края площадки, наблюдают за действом.

Пьер спрашивает: – Что это? Переводчик объясняет: и жених, и друзья его должны показать свою силу.
– Жених тоже должен прыгнуть над огнем?
– Конечно же. Иначе не отдадут невесту.
Обращается к помощнику, подошедшему к ним первым:
– А ну-ка покажи!
Парень разбегаются и прыгает над огнем.
– Ради тебя, Маргарет, я бы согласился прыгнуть даже в середину этого костра.
– Только если со мной! Когда мы вместе, я не боюсь ни огня, ни потопа. А ты?
– Вот сейчас ты увидишь! – (поворачивается к переводчику) – Скажите, чтобы добавили огня!

И… Пьер Трюдо разбежавшись, летит над пламенем в красивом высоком прыжке. Ловко приземляется. Замирает на мгновение. А потом делает свою прославленную стойку на руках.

trudo

Фото: CP PHOTO/ Peter Bregg

Постановщик впечатлен! Подходит, чтобы поблагодарить спортивного «волонтера», которого он нечаянно повстречал во внутреннем дворике «Зеравшана» за участие в репетиции. Через переводчика спрашивает:
– Вы тоже жених и невеста?
– Только недавно были ими, – смеется Маргарет.
– Но вот уже два месяца как муж и жена, – добавляет Пьер.
– Дай Бог вам счастья! Чтобы у вас было много детей. Вот увидите – у вас будет три богатыря! Супруга подарит Вам трех сыновей. И они прославят Ваш род, иншалла!

Иншалла! – вторят ему Маргарет и Пьер.

Спустя полвека

Зажегшись с легкой руки семейства Трюдо, с тех памятных майских дней ночной огонек не угасал. Первый росточек индустрии развлечений, проклюнувшийся весной 1971 года в подвалах «Зеравшана», прижился на новой земле. Сейчас уже трудно представить город без таинственной жизни ночных клубов. Можно насчитать их с добрый десяток. А в далеких семидесятых ночной «Зеравшан» был символом андеграунда. Поначалу – по очень большим праздникам, затем – раз в неделю, на выходные, а потом и почаще, “Night club” (первый в стране!) потихонечку набирал обороты.

Однако мало кто знает, с чего начинался ночной Ташкент. Да и сама Маргарет вряд ли догадывается, до чего же изменился «Зеравшан» с той поры, как она отважно вступила в танцевальный круг босыми ножками.

Удивительное созвездие, вспыхнувшее на горизонте довольно безликого мира большой политики – созвездие со звонким именем Пьер & Маргарет Трюдо светило целых пять лет. Таковы законы небесных тел: им не дано приближаться друг к другу надолго. Температура раскаляется до запредельных величин.

За годы, промелькнувшие вслед за их путешествием на Восток, Маргарет успела родить Пьеру Трюдо трех замечательных сыновей. Джастин, Александр и Мишель. Их первенец родился через семь с половиной месяцев после ташкентской одиссеи. Мудрец и целитель Авиценна утверждал, что существование человека начинается с его внутриутробной истории. Однако теория его не получила признания на Западе. Пока.

То ли от избытка земных забот, то ли еще по какой причине – в следующих пятилетках жизнь каждого из них текла по своему руслу, своим путем. До той минуты, пока Маргарет не узнала, что Пьер болен. Болен неизлечимо и безнадежно.

Это она – Маргарет – не раздумывая ни секунды прилетела на крыльях, чтобы быть рядом в самые трудные дни.
Это она – Маргарет – дежурила у изголовья в последние часы его на бренной земле.
Это она – Маргарет – провожала его в мир вечности.
Ей, ей – последний его вздох и последний взгляд.

Когда журналисты спросили ее: «Но как же … ваш развод?» – Маргарет ответствовала: «Брак был окончен. Однако это не означало конец нашей любви».

Хочется верить: поездка осталась в памяти этой удивительной – слегка сумасбродной, но очень искренней пары – островком забвения обид. Спасительным оберегом их единения.

Восток – дело тонкое. К тому же еще и проницательное. Гостей на этой земле было много. Но вот эти остались в памяти. В доброй памяти, напоминая о себе ночными огоньками столицы.

Автор: Даврона

______________________

*/ «Жених — невеста» (с узб.).

**/ «Невестушка пришла, любимая-милая!» (с узб.).

_____________________________

При перепечатке и копировании статей активная ссылка на журнал «В загранке» обязательна.

Адрес статьи: http://vzagranke.ru/mentalitet/ne-zagranica/night-club-po-tashkentski.html ‎

Понравилось? Подписывайтесь на журнал прямо сейчас:

(посмотреть видео Процедура подписки)

назад к выпуску >>

к рубрике >>

Оставить комментарий