Куба – остров контрастов

«Остров свободы»: оттепель по-кубински — 2-я часть

gavana-graffiti

Фото: cherylhoward.com

Предыдущая часть

Два шага вперед, один – назад

Глубокой ночью художник распыляет граффити на арке моста через реку Альмендарес. Эта сценка местной жизни вызывает сюрреалистические ощущения, будто бы попадаешь в мир, где каждый человек может свободно высказаться. Политическое послание? «Понимай, как хочешь, — таков соломонов ответ художника. – Мы хотим свободы».

На самом деле и среди представителей партийного аппарата заметны робкие черты пробуждения. Партийная газета «Гранма» по пятницам на двух печатных полосах размещает жалобы граждан. Корреспонденты этой газеты впервые присутствовали на американской «Секции интересов», проводимой в помещении посольства Швейцарии, где представитель президента Барака Обамы Куба Роберта Якобсона провела пресс-конференцию. Даже на гостелевидение, в программе «Меса Редонда», проникают критические замечания. Но никогда не бывают слишком резкими, либо принципиальными, прямо ставящими вопросы системе.

Так действует Рауль Кастро уже в течение семи лет, с того момента как он вступил в должность, заменив своего старого упрямого брата Фиделя: два шага вперед, один — назад. Будучи прагматиком, он толкает страну мягко, но достаточно сильно для того, чтобы граждане почувствовали надежду, но никогда так сильно, чтобы изменить в ней нечто фундаментальное. Новое руководство уже давно простилось с фиделевской доктринерской Кубой, но не обрело никакой новой концепции развития.

Изменения наиболее очевидны в Гаване, городе, которому Фидель Кастро никогда не доверял. После либерализации рынка недвижимости в прошлом году новые плакаты («Продается») стали своеобразными лозунгами революции («Эмбарго — крупнейшее массовое убийство в истории»). Среди раритетных автомобилей 50-х годов появились первые «Мерседесы» и «Ауди». А на крышах старых вилл Гаваны теперь устраиваются вечеринки, как в Нью-Йорке или Барселоне.

Кубинская мечта образца 2015 г.

Как сегодня выглядит реально существующий социализм, можно убедиться на примере Луиса Форлана*/. На его шикарно отреставрированном доме в вечно прекрасной старой части города вывеска с надписью по-немецки «Продается» (Zu verkaufen). «Ежедневно я получаю десять запросов от немцев», — говорит он. — Рынок недвижимости охватил бум». Прежде Луис был врачом-эпидемиологом, служил в госучреждении, но зарабатывал примерно 20 долл. США в месяц. Между тем выучил немецкий язык и подрядился в качестве частного переводчика для туристов на курорте Варадеро, зарабатывая «вчерную» в 20 раз больше.

Потом он совсем оставил работу врача и открыл парикмахерский салон, снова по-черному. На заработанные таким образом деньги купил салон побольше и два дома. С доходов, он собирается и дальше скупать дома, аналогично тому, как это делают инвесторы в Майами или Нью-Йорке. Луис говорит: «Наш социализм сделал из меня превосходного капиталиста». Он – воплощение кубинской мечты образца 2015 г.: из врача в парикмахеры. И такие карьерные трансформации можно найти повсюду. Из офтальмолога в туристического гида. Из учителя в булочника. Из профессора в водителя такси. Истинно пролетарское государство. Этакий недвусмысленный посыл подрастающему поколению: учиться не стоит, образованность не востребована.

С того момента, как Рауль Кастро ввел квоту на полмиллиона лицензий в частном секторе, на каждом углу появились маникюрные салоны, будки по ремонту мобильных телефонов, гостиницы, кафе, антикварные и сувенирные лавки. Часто на деньги, высылаемые родственниками, перебравшимися в США. В ближайшее время каждый эмигрант сможет отправлять на родину до 8 тыс. долларов в год (Ежегодно кубинские эмигранты из Америки переводят родственникам на родину 2 млрд. долл США). Политика перестройки нового правительства за несколько лет сделала из кубинцев хитрых и изворотливых предпринимателей, которые прежде всего думают о собственном выживании. Дети коммунизма, они ненавидят Фиделя Кастро.

Рядом с парикмахерской Луиса соседствует иная реальность. Джоселин, 42-летняя мать-одиночка, в крытом лотке на обочине печет омлеты и продает их с хлебом. Это — государственная точка, и ее зарплата составляет 15 долл. в месяц. Неподалеку расположен частный ресторан «Paladares», где повар за такую же работу получает в 20 раз больше. Как каждый кубинец, Джоселин раз в месяц получает «Libreta», дотационный паек, которого еле хватает на десять дней — среди прочего, пять фунтов риса, половина пинты растительного масла, горсть фасоли, пять яиц. Она говорит: «Я не могу себе позволить даже курицу».

gavana-paladar

Фото: www.holacuba.de

Чтобы выжить, кубинцы продают все, что можно. Свое жилье, ордена, все, что удается украсть на рабочем месте. Свои тела и души. Джоселин в дополнение к продаже омлетов предлагает иностранцам эротический массаж. Ее дочь сидит в ванной комнате, когда она в своей квартире обслуживает клиента.

Что сразу бросается в глаза в этой новой Кубе: черные дискриминированы. У них убогое жилье, они не могут получить рабочие места в сфере туризма, они не могут позволить себе частного репетитора. Возникла новая пропасть в обществе, неравенство между черными и белыми, что зафиксировали кубинские экономисты. «Возьми меня с собой, — говорит Джоселин каждому туристу, с которым ей доводится пообщаться, скорее с сарказмом, нежели со злобой. – Неважно куда, даже в Африку. Хуже быть не может».

Торжество капитализма

Обновленная Куба распрощалась со старыми мифами о равенстве черных и белых, работников умственного и физического труда, жителей города и деревни. Правительство чувствует недовольство и делает ставку на новые пропагандистские лозунги: «Изменения на Кубе обеспечивают больше социализма». Но повсюду видно: это капитализм , который разворачивается по всем направлениям. В Гаване шутят на этот счет: «Наибольшее расстояние между капитализмом и капитализмом — социализм». Или, как говорит один кубинский экономист: «У нас собрано все худшеее от социализма и капитализма: величайшее угнетение и чрезвычайное неравенство».

Если выехать из Гаваны, этой лаборатории социальных изменений, и проехаться по сельской местности немного на запад, то можно увидеть, как на придорожных рисовых полях, больше напоминающих грязные лужи, работают отчаянно бедные крестьяне. По полям уныло плетутся старики за телегами, запряженными волами. Из труб убогих фабрик валит густой дым. Молодежь здесь не задерживается. У оставшихся же единственное желание – выжить.

selskoe-hozyastvo-cuba

Фото: lagartoverde.com

Между тем, в горах близ Виньялес, расположен великолепный высотный отель для туристов. Такие отели на «острове сободы» выглядят как маяки капитализма. Здесь есть все, чего рядовые кубинцы никогда в своей жизни не видели: интернет, свежее молоко, плавательные бассейны. Хотя эти отели теперь открыты для местных жителей, но воспользоваться ими могут только партийные бонзы и нувориши. Правительство разрешило продавать легковые автомобили, но их стоимость после уплаты налогов превышает 250 тыс. долл. США. Здесь в общественном сознании господствует все тот же вековой фатализм, что и в Венесуэле, Бразилии и Аргентине: «Те, кто наверху, обманывают нас, набивая свои собственные карманы».

Свобода передвижения на «острове свободы» сейчас номинально существует, но правительство оставляет за собой право, отказать в выдаче паспорта. Если понятие «классовое общество» имеет родину, то это — новая Куба.

«Вот такой абсурд – новая Куба»

Табачная ферма Альберто*/ находится недалеко от этого великолепного отеля. Как и многие другие, он живет между двумя мирами. Он вынужден выращивать табак, выполняя плановые задания правительсва. Но в то же время, он предлагает туристам своебразным аттракцион активного отдыха: выживание в условиях экономики дефицита. Здесь любители острых ощущений режут кур и крутят гаванские сигары, делают вино из гуавы или просто одуревают под государственное телевидение. «Опыт социализма» — так Альберто называет свой туристический экстрем. С двух пар туристов он получает больше, чем за годовой урожай табака. «Вот такой абсурд – новая Куба, — говорит кубинский эмигрант, профессор истории Йельского университета Карлос Эйре. — Когда дело доходит до парадоксов, кубинцы — отнюдь не минималисты».

Хотя здесь можно встретить и истинных поклонников кубинского социализма — в переулке Санта-Клара, в центре острова, у мавзолея Че Гевары. Тут проходит ностальгический маршрут, облюбованный восточными немцами. Кубинский социализм не сильно отличается от прежнего восточно-германского, хотя солнце, сальса и знойные женщины сделали его более терпимым. Товарищи-гости рады возможности снова войти в пустой универмаг и государственное предприятие. И тому, что малелькая Куба раздражает большую Америку. Но теперь и здесь все это уходит в прошлое.

gavana-plochad-revolucii

Фото: www.pinterest.com

Куба сегодня оказалась почти там, где она была 60 лет назад: пляжи, как и при диктаторе Батиста предназначены для богатых иностранцев. Руководят страной старики, и автомобили по-прежнему — «Шевроле». Бизнесмены – белые, бедняки — черные. А что будет, когда американцы станут приезжать в массовом порядке?

Да, Куба оставляет много вопросов своим посетителям. Как и то, кто на Кубе 2015 года мог бы стать прообразом общественного лидера? Как обычно, люди задумываются, не сразу находя ответ на этот вопрос. И впоследствии называют отнюдь не кубинца. Нет здесь своего Вацлава Гавела или Михаила Горбачева. Кубинцы называют Барака Обаму и Че Гевару, Ангелу Меркель и Нельсона Манделу. В топе рейтинга лидеров нет ни Фиделя, ни Рауля Кастро…

___________________________
*/ Имена изменены редакцией

Авторский перевод Светланы Александровой Линс

Оригинал: J. Ch. Wiechmann, S. Creutzmann «Erst die Freiheit, dann die Partei» Stern No 12, 12 Maerz. 2015

______________________________

При перепечатке и копировании статей активная ссылка на журнал «В загранке» обязательна.

Адрес статьи: http://vzagranke.ru/mentalitet/za-morem/kuba-ostrov-kontrastov.html

Понравилось? Подписывайтесь на журнал прямо сейчас:

(посмотреть видео Процедура подписки)

Назад к выпуску >>

к рубрике >>

Оставить комментарий