Безусловный основной доход: «призрак коммунизма» или веление времени?

Was-fehlt-wenn-alles-da-ist

Все большую популярность в странах Европы приобретает социальная концепция, согласно которой каждому члену сообщества регулярно выплачивается определенная сумма денег вне зависимости от уровня дохода и без необходимости выполнения работы. С аргументами ее сторонников знакомит книга Д. Хэни и Ф.Koвчe «Чего не хватает, когда все есть? Почему безусловный основной доход вызывает справедливые вопросы».

Обеспечить достойное существование

Идея перехода на выплату безусловного основного дохода всем без исключения гражданам страны постепенно не только захватывает умы в Европе, но и обретает конретную реализацию в государственных программах. Так, пилотный проект внедрения безусловного основного дохода (900 евро) запустят в одном из городов Нидерландов, Утрехте уже в январе 2016 года. Финляндия также планирует завершить разработку подобной госпрограммы (800 евро) к ноябрю 2016 г.

В Швейцарии в 2016 г. намечено проведение референдума касательно безусловного основного дохода. В тексте выдвинутой народной инициативы «За безусловный основной доход» («Fuer ein bedinungsloses Grundeinkommen») не оговорена какая-либо его конкретная сумма, а лишь отмечено, что она должна обспечить «достойное существование». За точку отсчета принимается «граница бедности», что составляет примерно 2500 шв. франков в месяц.

В рамках подготовки общественного мнения к грядущему референдуму, вышла в свет книга Д. Хэни и Ф.Koвчe «Чего не хватает, когда все есть? Почему безусловный основной доход вызывает справедливые вопросы» (Daniel Haeni und Philip Kovce «Was fehlt, wenn alles da ist? Warum das bedingungslose Grundeinkommen die richtigen Fragen stellt», Orell Fuessli, Zuerich, 2015), в которой авторы излагают экономическую и социальную целесообразность перехода на выплату безусловного основного дохода.

Daniel-Haeni-und-Philip-KovceДаниэль Хэни — предприниматель, один из управляющих базельского культурного центра и кофейни «Unternehmen Mitte» и один из авторов народной инициативы «За безусловный основной доход». 49 лет, живет в Базеле.

Филипп Koвчe – уроженец Геттингена (Германия), где изучал экономику, философию и культурную рефлексию. Занимается исследованиями в базельском культурном и образовательном центре «Philosophicum» и пишет, как внештатный автор для прессы и радио. 28 лет, живет в Базеле и Берлине.

С ними встретился корреспондент швейцарского журнала M-Magazin. Предлагаю Вашему вниманию их интервью, опубликованное в 39-м выпуске этого журнала от 21 сентября сего года:

Даниэль Хани, Филипп Koвчe, когда заходит разговор о безусловном основном доходе, как правило, имеются ввиду деньги. Ваша же книга в основном посвящена философии. Почему?

Koвчe: Безусловный основной доход для каждого конкретного человека не предполагает получение большего количества денег, но вызывает много вопросов. Таким образом, эта книга, скорее, сборник ответов на вопросы.

Право самостоятельно определять свой образ жизни

Вы сомневаетесь в том, что народ проголосует за эту инициативу. Так стоило стольких усилий написание этой книги?

Хэни: Демократия – это не лотерея, но учебный процесс. И уже с самого начала было бы самонадеянно ожидать поддержку большинства в этом вопросе. Тем не менее, мы убеждены, что безусловный основной доход рано или поздно будет принят. Поэтому уже сегодня важно задаваться вопросами по этой теме.

Почему неизбежно введение безусловного основного дохода?

Хэни: Экономика зависит от потребления. А если все большее число трудовых процессов автоматизируется, то целесообразен безусловный основной доход, чтобы люди смогли продолжать приобретать товары и услуги. И посредством народной инициативы, мы хотим убедиться в том, что безусловный основной доход будет введен не закулисно, а демократично.

Вы пишите, что деньги — не проблема для введения основного безусловного дохода. Что вы имеете в виду?

Хэни: Безусловность означает перераспределение ресурсов. Кто против безусловного основного дохода, тот против того, что другие люди могут самостоятельной определять свой образ жизни. К сожалению, этот аргумент не так популярен. Вместо этого, они утверждают, основной безусловный доход невозможно профинансировать…

Koвчe: … или противники ссылаются на сомнительные теории о том, что человек так или иначе по своей природе ленив и, получив безусловный основной доход, будет лишь лежать в гамаке. Хотя люди ленятся, когда их деятельность постоянно определяется другими, и им приходится выполнять задачи, которые на самом деле им не интересны.

Не кажется ли вам, что в государстве всеобщего благосостояния уже де-факто имеет место безусловный основной доход?

Koвчe: Да, но государство всеобщего благосостояния все больше угрожает перерасти в фарс. Оно устроено так, что некоторые не могут работать, даже если хотят. И в то же время другие прилагают усилия к тому, чтобы их нежелание работать правдоподобно выглядело как неспособность. Все это весьма абсурдно…

Хэни: …особенно бессмысленное занятие – проверка того, нуждается ли человек в прожиточном минимуме. Что каждому действительно нужно, так это безусловный основной доход.

А что вы ответите противникам инициативы, заявляющим, что она финансово нежизнеспособна?

Хэни: Финансирование — это «игра с нулевой суммой». Что государство выделит на выплату безусловного основного дохода, оно, как и предприниматели, сэкономит по другим статьям. Общая сумма расходов остается неизменной.

«Реинкарнация» свободного рынка

Звучит прекрасно. Но кто тогда будет вставать в 4 утра, чтобы печь хлеб? Кто будет чистить туалеты?

Хэни: Если эта работа важна для общества, и я исхожу из этого, оно должно ее соответственно оценить.

Что означает, выше ее оплачивать?

Koвчe: Либо мы больше платим за эти виды работ, либо мы должны найти пути и средства для их автоматизации — или мы должны будем все эти функции не делегировать кому-либо, а выполнять сами. Безусловный основной доход четко высветит важность многих из этих видов работ.

Не приведет ли это к взлету заработной платы, что в свою очередь сделает многие товары и услуги недоступными?

Хэни: Просто возникнет свободный рынок. И тогда будет выявлено, по каким видам работ сегодня идет недо- или переплата. Так что как предприниматель я могу жить очень хорошо. И вообще, безусловный основной доход кардинально изменит сам бизнес.

В каком смысле?

Хэни: Компании будут тратить меньше денег на рекламу и маркетинг своей продукции, и больше — на привлечение хороших работников. Их будет на то понуждать свободный рынок. Что можно пожелать лучшего, чем то, что компании должны стать более привлекательными для сотрудников?

Где я нужен как человек, а не как машина?

У нас двойственное отношение к техническому прогрессу: с одной стороны, мы без ума от наших умных смартфонов, с другой — мы боимся «Большого Брата». Но едва ли мыслим безусловный основной доход без достижений технического прогресса?

Хэни: Технический прогресс — это история успеха в зависмости от применения его достижений. Все, что возможно автоматизировать, рано или поздно будет реализовано. Таким образом, мы должны спросить себя: где я нужен как человек, а не как машина?

Благодаря стиральной машине, пароварке и роботу-пылесосу, работа по дому стала более эффективной. Почему мы не используем это высвобожденное время уже сегодня?

Хэни: Мы не должны более эффективно использовать свободное время, но нужно полностью отказаться от разделения труда и отдыха. Чтобы работать без принуждения и в свое удовольствие. Только тогда мы сможем решать самые сложные задачи в будущем.

Koвчe: Баланс между работой и жизнью (Work-Life-Balance) — ключевое понятие, которое было сформулировано на интеллектуальном уровне уже в средневековье. Это звучит так современно, если размышлять в терминах рабовладельческого общества. Только рабы или крепостные крестьяне должны были думать о том, чему бы они хотели посвятить свои несколько часов свободного времени. Безусловный основной доход, с другой стороны означает, что у вас никогда больше не будет свободного времени, потому что все время будет в вашем распоряжении.

Освобождение от ложных представлений о себе

Это в свою очередь приводит к вопросу: кто будет делать грязную работу, когда все будут ваять или музицировать?

Хэни: Кто говорит, что все начнут заниматься изящными искусствами? У людей есть потребность заниматься тем, в чем они видят смысл и ценность.

Koвчe: Многие люди действительно считают, что они предпочли бы гончарное ремесло, садоводство, музыку или что-то подобное. Но все это не более, чем иллюзорный сосуд для хранения творческого запала, служащий оправданием неудовлетворенности своей работой.

Что изменил бы безусловный основной доход?

Koвчe: Тот, кто думает, что смог бы стать, например, великим музыкантом, имел бы реальный шанс реализовать это. При этом он рискует лишь тем, что может убедиться, что таковым не является.

Безусловный основной доход, таким образом, может у многих развеять заблуждения?

Koвчe: Далеко не единицы, вероятно, поймут, что имеют ложное представление о себе, и безусловный базовый доход освободит их от него.

Это также означает, что в каждом из нас «дремлет» Джимми Хендрикс или Альберт Эйнштейн. Но без условных 10 тыс. часов упражнений ничего не выйдет.

Koвчe: Если будет безусловный основной доход, то в распоряжении каждого будет не 10 тыс. часов занятий, а 20 тыс.

Курс на творчество, а не выживание

И, таким образом, усилится состязательность среди художников и ученых?

Koвчe: Да, но еще и потому, что мы не субсидируем сферу культуры, в которой каждый творческий деятель считает, что он имеет право зарабатывать на жизнь своей работой. Безусловный основной доход лишает арт-рынок функции биржи как средства к существованию художников, увеличивая при этом акцент на творческие находки — что, наконец, приводит к тому, что мы можем рассматривать искусство исключительно с художественной точки зрения.

Хэни: Творческие муки художников и изобретателей суть самой их деятельности, а не следствие материальной неустроенности. Борьба за выживание, в свою очередь, в большинстве случаев приводит к страданиям, разрушающим личность. Мы хотим покончить с этим.

Сегодня семейный бюджет среднего размера складывается из того, что работают муж и жена. Безусловный основной доход приведет к тому, что у мужа может возникнуть соблазн снова поставить свою жену к кухонной плите.

Хэни: Безусловный основной доход связан не с семьей, а с физическими лицами. Его получат не мужчина или женщина, а каждый и каждая.

Не станет ли безусловный основной доход своего рода зарплатой домохозяйки, увековечивая традиционное разделение полов?

Хэни: Интерпретировать безусловный основной доход как зарплату домохозяйки или премию за «хранение домашнего очага» — сумасшедший маневр отчаянных противников женской эмансипации и, как ни парадоксально, крайних феминисткок, которые полагают, что безусловный основной доход может повлиять на гендерную зависимость.

Koвчe: Вопрос в том, почему сохраняется гендерная зависимость в условиях эмансипации? Объясняется ли это определенным поведением женщины, или, как мы полагаем, благодаря безусловному основному доходу они смогут решить для себя, как намерены действовать? В конечном счете, все сводится к тому, что мы можем самостоятельно управлять собственной жизнью.

Как вы думаете, удастся у нас в стране установить безусловный основной доход?

Хэни: Я надеюсь, что, самое позднее, он будет принят, когда мои внуки станут подростками.

Koвчe: Переход безусловному основному доходу – не революционный акт, к нему мы прийдем прагматично и маленькими шагами. В конце концов, мы убедимся, иначе больше не получается. Потому, что экономика без покупательной способности начинает сворачиваться. Потому, что творчество без средств к существованию угасает. И по многим другим причинам. Но когда это случится, предсказать невозможно, как в случае с падением Берлинской стены в 1989-ом.

Что вы изменили в своей жизни, если бы у нас уже был бы установлен безусловный базовый доход?

Koвчe: Я бы не написал эту книгу.
Хэни: Я бы делал то же самое — просто лучше.

Материал подготовила Светлана Александрова Линс

_________________________

При перепечатке и копировании статей активная ссылка на журнал «В загранке» обязательна.

Адрес статьи: http://vzagranke.ru/razvitie/grani/bezuslovnyj-osnovnoj-doxod-prizrak-kommunizma-ili-velenie-vremeni.html

Понравилось? Подписывайтесь на журнал прямо сейчас:

(посмотреть видео Процедура подписки)

назад к выпуску >>

к рубрике >>

 

3 комментария к записи Безусловный основной доход: «призрак коммунизма» или веление времени?

  1. Irina Allen:

    Не могу судить всесторонне — не экономист. Просто — из опыта жизни в Британии. Есть несколько знакомых и даже родственников, которые перестали искать работу. Вместо этого — родили детей числом до 3-х и живут на пособие в социальном жилье. Хорошо это или плохо — не знаю.

    • Светлана Линс:

      Ирина, это не безусловный основной доход, а обычный социал. Как раз для таких людей ничего не изменится, если будет введены выплаты безусловного основного дохода. Они получат от государства ту же сумму.

  2. Светлана Линс:

    Дроны вместо почтальонов и пограничников, такси без водителей. А теперь еще магазины без продавцов и кассиров. Шведский пилотный проект в Шанхае:https://joinfo.ua/inworld/1201218_Magazin-buduschego-Shanhae-otkrilsya-perviy.html И каменщики-роботы, которые кладут кирпич в 6 раз быстрее профессиональных рабочих: http://www.techcult.ru/robots/4120-robot-sem-kladet-kirpich

Оставить комментарий