«Восточное» решение западных проблем

«Невозвращенец» Часть- 2-я

 odinojdi-odin

«Одиножды один»

2,5 года назад отец дочери позвонил, сообщив, что не в состоянии жить далее один. Когда она к нему пришла, ей пришлось пробираться к его кровати через баррикады картонных коробок от телевизоров. Рядом с кроватью он поставил походную электроплитку, чтобы готовить еду, не вставая. Варил суп из овощных отбросов с соседней турецкой лавки. Его холодильник заполонила плесень. На его кухне стояла упакованная в коробках мебель, которую он так и не установил еще с 80-х годов. Отопление было уже 2 года как отключено. «Мой отец жил, как Мессия, — рассказывает Петра, — он утратил не только чувство к другим людям, но и самому себе».

Годами он никого не приглашал в дом. «Возможно, я стыдился самого  себя», — признается Бруннер.

Петра и ее муж Курт выкупили дом Бруннера, погасили все его долги и аннулировали страховые полисы на автомашины, давно пришедшие в негодность, но за которые отец все еще выплачивал премии. На свои деньги Петра и Курт купили Бруннеру квартиру в 23 кв. м.  неподалеку от них. «Мы обустроили его жизнь», — говорит Петра.

Бруннер за свою жизнь промотал несколько сот тысяч евро. Наследство своего отца, директора отделения банка, он раздарил друзьям и любовницам. Часть денег инвестировал в солнечную батарею, но так и не установил ее. В итоге на его счете осталось лишь 3 тыс. евро.

Забота лишь тогда дешева, когда ее берет на себя семья. «Я сделаю это», — решила Петра. «Нет, это сделаю я, — настоял ее муж – твой отец относится к тебе с ледяным равнодушием, и я не хочу, чтобы ты ему задницу подтирала». Почти два года Курт Бергманн ухаживал за своим тестем. До того момента, как тот перестал сам добираться до туалета. После того как прошлой осенью с инсультом Бруннер попал в больницу, Петра стала подыскивать ему дешевый дом престарелых.

Бруннер относится ко второй категории больных, требующих ухода, в соответствии с нормами, принятыми в Германии. Государство выделяет ему 1279 евро в месяц на содержание в доме престарелых. Около 1300 евро в месяц он должен платить сам. Но из пенсии у него остается лишь 400 евро после выплат по медстраховке. Его телевизионная мастерская обанкротилась еще в 70-е годы. После он жил на деньги, унаследованные от своего отца, и пробавлялся случайными заработками. Эти последние 3 тыс. евро «улетели» с его счета уже после 3-х месяцев пребывания в доме престарелых.

Лучший выбор

А дальше что? Можно было бы обратиться за социалом. Но тогда Петра и ее брат должны предоставить документы о своих финансовых возможностях. И если государство сочтет, что они, то есть дети, в достаточной мере финансово обеспечены, им придется взять на себя расходы по содержанию отца в доме престарелых. Именно это оказалось камнем преткновения. «Я не собираюсь связывать свою жизнь с этой социальной конторой, — говорит Петра, — из-за отца, с которым я никогда не зналась».

В поисках альтернативы, она «погуглила» в интернете и нашла следующее: «Вы ищите дом престарелых, где будете прекрасно себя чувствовать на склоне лет? Где за Вами будет надежный и лучший уход? Где Ваши сбережения останутся неприкосновенными? Тогда самый лучший выбор – Senoirpalace».

«Когда я нашла это объявление, то с облегчением вздохнула»,- признается Петра.

За агентством Senoirpalace стоит Артур Франк, 53-летний немец из Ульма, уже 6 лет живущий в Словакии. Он и встретил Бруннера у ворот дома престарелых. Доставив старика на кресле-каталке в его комнату и уложив в постель, Франк спросил его: «Знаете, какая у нас традиция по прибытии? Выпиваем по рюмочке». На что Бруннер ответил: «Это я еще перенесу». Они чокнулись стаканами под тост Франка: «Добро пожаловать в Словакию».

Пионер по миграции престарелых

Франк зарабатывает тем, что подыскивает в Словакии круглосуточных сиделок для немецких семей. 5 лет назад один клиент поинтересовался у него, а можно ли пристроить его отца в доме престарелых в Словакии. Так Франк открыл новое поле для бизнеса: «Это еще совсем не освоенное дело, и я буду в нем пионером».

В среднем 4 недели ведет Франк переговоры (по телефону или электронной почте) с семьей клиента, пока решается вопрос о его переезде в Словакию. И лишь каждая пятая семья приезжает посмотреть сам дом престарелых, прежде чем принять решение. Также Петра знает новое пристанище своего отца только по рекламному проспекту.

Для Бруннера Франк подобрал дом престарелых всего в 8 палат и с 12-тью жильцами. Он расположен в самом конце улицы рядом с церковью. Помимо череды жилых домов, на улице также есть киоск и небольшой супермаркет. В огороде при доме престарелых выращивают картофель и капусту.

Палата №8  с телевизором, кружевными занавесками и покрывалом в цветочек не похожа на дом престарелых, скорее, на обычную жилую комнату. Обстановка простая: кровать, стол, шкаф. Никаких кондиционеров, огнетушителей, кнопок сигнала тревоги. Новый дом престарелых, в котором Франк в апреле собирается разместить немецко-говорящих старцев, будет еще более современным. Но самое главное не обстановка, говорит Франк: «Решающим для меня является создание сердечной домашней атмосферы».

За настроение обитателей дома престарелых в Кайяле «ответственна» 35-летняя Татьяна. Узнав, что прибыл новый постоялец-немец, она принесла диск «14 шлягеров о любви» на немецком. Облокотившись на спинку кровати Бруннера, она приветливо обращается к нему по-немецки: «Ничего, если я буду называть Вас господин Вольфи?» «Да, мне это нравится», — кивает в ответ Бруннер.

tatjana-i-brunner

В планы Татьяны входит за полтора месяца поставить Бруннера на ноги в буквальном смысле слова. Да так, чтобы он смог танцевать с ней. «Я был хорошим танцором, — сообщает ей Бруннер, — но это уже в прошлом».

«Мы должны тренироваться, мы должны что-то делать, дорогуша, — отвечает Татьяна, — иначе никакой любви».

«Здоровый» подход к больным

На вопрос, сколько времени ежедневно Татьяна затрачивает на уход за Бруннером, она удивленно вскидывает глаза: «Столько, сколько это необходимо». И для нее это – дело само собой разумеющееся. Что далеко не общее правило. В домах престарелых Германии жизнь их обитателей «просчитана» по минутам. Купание – 20-25 минут. Причесывание – 1-3 минуты. Смена белья после испражнений — 7-10 минут.

Стоимость пребывания в германских домах престарелых зависит от категории ухода за постояльцем. Чем хуже состояние здоровья пациента, тем больше средств получает само учреждение. «Чем тяжелее больной, тем больше прибыли, — говорит эксперт по уходу Клауч Фуссек (Klaus Fussek). С финансовой точки зрения, руководство дома престарелых не заинтересовано в уходе за здоровыми пожилыми людьми.

Между тем, стоимость пребывания в германских домах престарелых самое мало вдвое дороже, чем в Словакии. Средняя цена – 1864 евро. Самое дешевые места в домах престарелых Саксонии. Самые дорогие в Нордхайн-Вестфалии – 2711 евро.*/

Дом престарелых в Кайяле, напротив, стоит для Бруннера всегда одинаково. Чем дольше от проживет, тем дольше дом престарелых будет получать за него деньги. Чувствует от себя лучше — для персонала меньше работы. Для дома престарелых в Кайяле это значимо, если их подопечный Бруннер поправится.

Я чувствую себя в полном порядке

Дождливый январский день… Бруннер уже шесть недель как в Кайяле. Татьяна оставила свою затею с танцами. «Мы не можем тренироваться, — констатирует она, — он кричит, когда я его массирую или передвигаю – и как!»

Бруннер располагается в двухместной палате. Через пару недель будет делить ее с 74-летней женщиной из Баден-Вюрттемберга (Baden-Württemberg), страдающей слабоумием. Бруннер говорит, что она ему не помешает, только жаль, что она не в состоянии разговаривать.

ya-chuvstvuyu-debya-v-polnom-poryadke

Щеки Бруннера за время пребывания в Кайяле округлились. Рядом с ним лежит почти съеденная плитка слегка горьковатого шоколада. «Собственно, я чувствую себя в полном порядке», — признается он.

Согласился бы он еще на такую поездку в Словакию? Он отрицательно машет головой: «Я думаю, нет. Дорога безумно дальняя».

Угнетает ли его, что он находится так далеко от своей дочери? «Это, собственно, меня не беспокоит. Хотя, было бы здорово, если она меня навестит. Один или два раза в год».

Что он пожелал бы себе на будущее? Бруннер задумался, а потом ответил: «Глупый вопрос. Это ничего не принесет. Ничего, ведь, не сбудется».

______________________________________

*/Нанять сиделку из восточно-европейских стран стоит 1200-2500 евро в месяц плюс затраты на питание и проживание.

__________________________________________
Активная ссылка на журнал«В загранке» при перепечатке обязательна.

Адрес статьи: http://vzagranke.ru/razvitie/grani/vostochnoe-reshenie-zapadnyx-problem.html

Понравилось? Подписывайтесь на журнал прямо сейчас:

назад к выпуску >>

к рубрике >>

4 комментария к записи «Восточное» решение западных проблем

  1. Сергей:

    Вроде бы и история со счастливым концом. Но осадок от «нежного дочернего» отношения остался. Лучше было бы если этот персонаж в рассказе отсутствовал.

  2. Светлана Линс:

    Согласна с Вами, Сергей, эта история вряд ли оставит кого-либо равнодушным. В ней «закручен» такой клубок человеческих отношений наряду с серьезными социальными проблемами.

    И именно честное, а иногда и шокирующее повествование без купюр этой жизненной коллизии привлекло мое внимание, и я решила познакомить с ней читателей нашего журнала.

    Также собираюсь перевести отклики немецких читателей на эту историю и разместить их здесь в комментариях.

    Светлана Александрова Линс

  3. Maria:

    Огромное спасибо, Светлана, за очень правдивую и аутентичную статью!!! Согласна, тема шокирующая и неприятная, но для живущих в Европе, к сожалению, реальность, с которой рано или поздно сталкиваешься.

    Лично я считаю и действия Петры, и особенно ее мужа, проявлением большой заботы о ее отце — ведь она, среди прочего, имеет право официально искать брата, чтоб он разделил финансовое бремя. Не говоря о том, что муж мог ей вообще такое запретить или не принимать в таком никакого участия (тоже явление не столь редкое, к сожалению). И таких качественных и финансово доступных домов по уходу за больными или престарелыми мне хотелось побольше и для пост-советских стран. Незнакомым с европейской действительностью постараюсь объяснить свою точку зрения.

    К сожалению, такая «правда» — реальность для Германии. И связано это с укладом общественного строя последней в общем и системой социального обеспечения в частности. В наш век глобализации и мобильности в развитых странах такое явление как большая дружная семья, к сожалению, отмирает. Стоимость жизни растет — в Европе очень многое стоит денег (от различных обязательных страховок до квартальной платы за пользование телевизором или вывоз мусора). А быть в Европе серьезно больным или престарелым для немалого количества людей — вещь просто непозволительная.

    Все больше семей с детьми, работая оба на полную ставку, вынуждены экономить на самом необходимом, все больше пенсионеров вынуждены подрабатывать, все больше мужчин признаются открыто, что не в состоянии содержать семью, если жена не работает, хотя бы на пол-ставки — это касается прежде всего больших городов. Не говоря уже о том, чтобы содержать еще и престарелых родителей, живущих отдельно.

    С понятием «Privatinsolvenz» — банкротство физ.лиц — я столкнулась впервые тоже лишь в Европе. Здесь идет старение нации, люди живут дольше, пенсии надо выплачивать все бОльшему количеству людей и дольше. Стоимость домов престарелых (и это без денег на карманные расходы для престарелых — потому что в таких учреждениях далеко не все бесплатно) превышает нередко сумму пенсии. И если у такого престарелого есть родственники, которые не являются сами получателями соц.помощи, соц. учреждения делают все, чтобы переложить все финансовое бремя на их плечи.

    К сожалению, иногда это доходит и до такого абсурда, когда дети, сейчас уже сами пенсионеры, с юного возраста не имея контакта в родителем (из-за развода, например), внезапно получают финансовое требование выплачивать до десятков тысяч евро! И то, что многие из них сами вынуждены становиться физ.лицами-банкротами, государство почему-то не волнует.

    Особенно неприятна ситуация, когда родители прожигают жизнь, скатываясь к моральным низам, не заботясь о своем будущем. А все бремя «последствий» такого, для Европы уже непозволительного, образа жизни вынуждены внезапно нести их дети/ребенок, часто перечеркивая из-за финансовой нужды будущее уже своих детей, которые внезапно оказываются в социально слабой прослойке населения. Потому что около 1000 евро в месяц при средней зарплате в 2000-3000 евро (из которых еще платятся обязательные ежемесячные платежи+ продукты) — это более, чем просто много.

    В Австрии одно время тема нелегальных сиделок из новых стран ЕС по уходу за престарелыми на дому сознательно замалчивалась и обходилась правительством, потому что легальной альтернативы не было, а, по слухам, сами некоторые политики пользовались такими услугами.

    Среди моих знакомых есть такие, которые выплачивают уже десятилетиями по 10.000 евро в год за одного родителя!!! Есть и такие, которые живут семьей сами в другой стране и вынуждены позволить родителям на свой страх и риск в 94 года жить самим в квартире, со всеми вытекающими отсюда последствиями (приходящая помощь по дому и Krankenpflege несколько раз в день — это не уход 24 часа в сутки!), не имея возможности решить данный вопрос по-другому.

    Мне знакома и одна пара (это не совсем по теме, но показательный пример в социальном контексте), которая из-за инвалидности и полной недееспособности мужа не расписывается и не живет совместно — только потому, что в таком случае муж лишится сиделки, и бремя 24-часового ухода за мужем падет на плечи работающей жены.

    К слову, один «некрасивый» случай внезапно свалившегося на голову престарелого отца-алкоголика, уже почти лежачего пациента (почти, потому что еще хватает сил всех материть и тайком попивать), и несколько случаев ухода за больным супругом или родителем на грани нервного и/или финансового срыва мне известны и по Украине.

    Вот только в Европе это уже не единичные случаи(((( Детей просто ставят перед фактом, нередко забирая у них возможность позаботиться о своей достойной старости….

    • Светлана Линс:

      Большое спасибо, Мария, за такой неравнодушный и информативный комментарий. Перефразируя слова В.Г.Белинского, его с полным правом можно определить как «Энциклопедия немецкой жизни».

      Действительно, в этой истории такое же важное место, как и забота о престарелых, занимает проблема отношения родителей к своим детям. Не случайно в один из подзаголовков статьи я вынесла название старого советского фильма «Одиножды один». В нем еще в 1974 году была поднята эта всеобщая, а не только немецкая или «советская» проблема — отцы, «вспоминающие» о своих детях только на склоне лет: А.Папанов создал просто блестящий образ полотера Каретникова, прожившего жизнь в свое удовольствие.

      Но в этой истории просматривается еще одна важная линия — возникновение нового бизнеса. В обыденном сознании господствует стойкий стереотип, что в бизнесе все уже захвачено, и нет смысла даже задумываться о том, чтобы самому начать заниматься предпринимательством. А ведь нужно просто наблюдать за жизнью, интересоваться проблемами людей, выявлять их потребности и нужды и искать им приемлемые решения.

      Еще один интересный момент — в современных условиях глобализации и мобильности, если социальная проблема не решается государством внутри страны, ее решение может быть найдено за границей. Так возникают не только потоки политических или трудовых иммигрантов, но «мигрируют» и всевозможные бизнесы.

      Пример же Франка — отличная иллюстрация успеха в международном бизнесе, когда человек, с одной стороны, знает проблемы, потребности, психологию и менталитет своего клиента. С другой — прекрасно ориентируется в своей сфере бизнеса «на чужой территории».

      Светлана Александрова Линс

Оставить комментарий