Антиавторитарное образование – реальное наследие 68-го

Цикл «Бунтари 1968-го – как одно поколение изменило мир» — 7-я часть

obrazovanie

Предыдущая часть

Нигде бунтари 68e-го не оставили такой внушительный след, как в сфере образования. Авторитарный университет, где доминировали люди и идеи национал-социализма, не вписывался в свободное, демократическое общество. И прогнившая система рухнула быстро и без особого сопротивления. Преподавательский состав для новых вузов формировали сами студенты. Но удовлетворены ли достигнутым результатом революционеры тех лет сегодня?

Смрад под тогами

В тот день, 9 ноября 1967 года, когда они изменили Германию, эти два революционера выглядели так же угрожающе, как подростки на конфирмации. Долговязые юноши в костюмах и галстуках. Обувь начищена до блеска. Аккуратная стрижка с пробором. Лица бледные. Руки трясутся. «Тогда мы не знали, что об этом придется рассказывать через несколько десятилетий, и напряжение было очень сильным», — говорит Детлеф Альберс. Он и Герт Хиннерк Бельмер, бывший председатель Студенческого Комитета университета Гамбурга, вместе с двумя тысячами студентов пришли в зал, где проходило официальное представление нового ректора.

smrad-pod-togamiОни загодя подготовились к этому событию. Накануне ночью они сделали плакат, вырезав белые буквы и приклеив их на черную ткань. Особую ткань. Она была использована во время траурной процессии убитого несколько месяцев назад Бенно Онезорга. «С дрожью в коленях», эти двое теперь стояли в конференц-зале. Альберс держал сложенный холст под пиджаком. Когда ректор вошел, они подбежали и развернули перед ним плакат: «Под тогами 1000-летний смрад» (Unter den Talaren Muff von 1000 Jahren). Далее свист, крики, возмущение. Фотограф Агентства новостей снимает эту картину.

Под 1000-летием подразумевалось тысячелетнее правление нацистов. Время, когда многие из все еще работающих профессоров уже верно служили в качестве преподавателей университета. И до сих пор сохранившие тот тип мышления. Профессор Бертольд Шпулер взревел: «Вас всех — в концлагерь!» Два студента с транспарантом в главном зале – в тот день это фото вошло в историю. Как и снимок с изображением умирающего Бенно Онезорга – они стали чем-то вроде логотипа студенческого восстания.

Надпись на их плакате была идеальным лозунгом движения, которое уже было не остановить. Спустя несколько дней после этой акции пришел первый маленький успех: профессор Шпулер был отстранен от должности. Потом успех нарастал, и, наконец, в 1969 году в Гамбурге вступил в силу новый закон о высшем образовании. Университет был демократизирован. Старые, закостенелые университетские ординарии ушли в историю.

«По сравнению с университетом, армейская среда была более свободная»

Нигде бунтари 68e-го не оставили такой внушительный след, как в сфере образования. Изменения в обществе, в моде, музыке, сексуальности, в политике или же в политическом противостоянии — все они, носили, скорее, культурный характер, поэтому трудно уловимы и измеримы. В отличие от изменений в работе детских садов, школ и университетов. Через несколько лет после студенческого бунта 68-го года все институты государственного образования стали почти неузнаваемыми. Были проведены реальные, конкретные реформы. Именно поэтому современная система образования является реальным наследием 68-го.

Изменения были настолько кардинальны, что память об обстоятельствах, их вызвавших, практически утрачена. Те, кто сегодня моложе 60 лет, не могут представить себе, как например, выглядела учеба в университете в 1968 году. Студенты обращались друг к другу не иначе, как «господин сокурсник» и на «Вы». Девушек было немного, 25% от числа студентов. И сама учеба в университетах считалась элитарным занятием. Только один из десяти выпусников школы шел в учиться в университет. Бельмер, выросший в деревне на Швабском Альбе, был единственным из односельчан, кто стал студентом университета.

Альберс и Бельмер были отважными революционерами, оба — члены СДПГ. Бельмер поступил в университет после службы армии, в чине лейтенанта. «По сравнению с университетом, армейская среда была более свободная, более просвещенная», — вспоминает он. С генералами он мог разговаривать, иногда даже об организации вооруженных сил. «Профессора же, наоборот, даже не заговаривали со студентами. Они лишь провозглашали истину в последней инстации». В то время как студенты жаждали дискуссий.
Так, например, о великом немецком философе Эрнсте Кассирере, профессоре и некоторое время ректоре Гамбургского университета. В 1933 году он был уволен, как и 16 процентов преподавательского состава университета. Они были евреями. «Мы хотели поговорить с ними о Кассирере, — рассказывает Альберс, — но они пресекали все попытки начать этот разговор».

Первоначально представители студентов с трудом могли представить себе совершенно другой университет. Их требования были скромными. Как представители студенческого комитета, они должны были присутствовать на заседаниях Ученого совета университета и могли участвовать в прениях по проблемам студентов, но не имели права голоса.

Профессорские мантии – на свалку истории

Требование студентов было таковым: право присутствовать на таких же заседаниях на уровне факультета. О праве голоса тогда еще не было и речи «Но нам даже не было отказано. Нас просто проигнорировали, — говорит Альберс. — Только тогда мы задались фундаметальным вопросом, как должен выглядеть университет в условиях демократии в будущем». В итоге Альберс написал концепцию университета, которая быстро стала общим требованием всего студенческого движения. Как проект университета нового типа.

ucreditelniy-sovet-bremen-universitet-1971Еще будучи студентами, Альберс и Бельмер входили в состав Учредительного Совета Бременского университета. Он был открыт в 1971 году. Альберс стал в нем профессором политологии. На протяжении многих лет он был региональным председателем СДПГ в Бремене и входил в ее президиум. Бельмер остался в Гамбурге, сделал карьеру в сфере управления и дослужился до государственного советника Госкацелярии и Агентства по делам культуры. Сейчас они оба на пенсии.

Движение 68-го было восстанием студентов. Остальная часть общества наблюдала. Не удивительно, что студенты начали с изменений в их собственной среде, с университета. Авторитарный, элитарный университет, где по-прежнему доминировали люди и идеи национал-социализма, не вписывался в свободное, демократическое общество. Поэтому эта прогнившая система рухнула быстро и без особого сопротивления. И преподавательский состав для новых вузов формировали сами студенты.

Места щедро распределялись среди академических талантов. Реформы в системе образования начались с университетов. Из аудиторий исчезли профессорские мантии, студенты и преподаватели теперь могли носить бороды, свитера ручной вязки. И, естественно, студенты могли критиковать своих преподавателей. С другой стороны, контроль оказывался часто больший, чем прежде.

С того памятного дня в конференц-зале Гамбургского университете Детлеф Альберс и Герт Хиннерк Бельмер стали друзьями на всю жизнь. И университет – одна из их любимых тем. Довольны ли они результатом? Они долго смотрят друг на друга. «Наше самое важное требование, наше видение было: образование для всех», — наконец, говорит Бельмер. И Альберс добавляет: «Сегодня мы провинулись далеко вперед, но решающего шага все еще не хватает».

Образовательная реформа застряла на полпути

На данный момент в Германии около 35% выпускников продолжают обучение. Что в три раза выше, чем 40 лет назад. Звучит хорошо. Но по странам ОЭСР — средний показатель – 51% молодежи. В США – 64%, в Финляндии – 71%, в Австралии — даже 77 %. Германия, таким образом, достигла многого, однако другие страны – гораздо большего. Андреас Шлейхер, исследователь образования и координатор исследования Pisa, говорит: «В последние 20 лет Германия практически не участвовала в международном развитии образовательной экспансии».

Особенно низшие социальные слои все еще в гораздо более невыгодном положении в немецкой системе образования, нежели это наблюдается в других промышленно развитых странах. Профессор Дитер Лензен, президент Свободного университета Берлина, говорит, что «проект поступления в университет так называемых детей рабочих, провалился». На самом деле, в настоящее время лишь 23% от числа всех студентов вузов – дети, родители которых не имеют высшего образования. Реформы в Германии, начатые Альберсом и Бельмером и их поколением в значительной степени так не продвинулись и, наоборот, до их главной цели – обретения равных возможностей для получения образования, еще очень далеко.

Они застряли на полпути. И момент, когда это случилось, можно довольно точно установить: середина 70-х. Тогда несколько студенческих лидеров и многие из тех, кто их поддержал, наконец, заняли свои высокие должности. С того момента было покончено с проектом «Образование для всех». Однако почти десять лет до этого поколение 68-го сражалось за увеличение ученических мест, школьных зданий, расширение преподавательского штатного расписания. Их приверженность реформам была четко отражена в расходах на образование. До середины семидесятых годов они неуклонно увеличивались. Потом – нет. С тех пор Германия тратит на образование меньше, чем в среднем по странам ОЭСР.

Все было разрешено

В образовательной политике бунтари 68-го были успешным разрушителями. Они крушили и сметали все, что было нежизнеспособным. Но они не были архитекторами. Старые стандарты качества уже было невозможно продолжать применять. Это было ясно. Но чем они должны быть заменены? Особенно в гуманитарных науках своего рода была разработана анти-авторитарная наука. Были отменены объективные критерии оценки. Все было разрешено. Все было допустимо. На все была одна отметка — «хорошо».

Детлеф Альберс говорит: «Мы были убеждены: если университет демократично организован, уже это приведет к повышению качества научных исследований и преподавания». Но не привело. Сопоставительные исследования систем образования в разных странах регулярно и беспощадно показывают постоянное сползание немецких университетов от второго до третьего раздела рейтингов. И именно в области гуманитарных и социальных наук немецкие университеты больше не находятся на верхних строчках. Только по двум позициям Германия все еще впереди: по продолжительности обучения и доли неуспевающих и бросающих учебу.

Продолжение

Авторский перевод Светланы Александровой Линс

Оригинал: W. Wuellenweber Das Grosse Lueften – Serie Die 68-er. Wie ein Generation die Welt veraendert, Stern, No 50, 05.12.2007. S. 74-79
______________________________________________

При перепечатке и копировании статей активная ссылка на журнал «В загранке» обязательна.

Адрес статьи: http://vzagranke.ru/razvitie/kulturnyj-minimum/antiavtoritarnoe-obrazovanie-realnoe-nasledie-68-go.html

Понравилось? Подписывайтесь на журнал прямо сейчас:

(посмотреть видео Процедура подписки)

назад к выпуску >>

к рубрике >>

Оставить комментарий