О лабиринтах человеческой души на перекрестках истории


Читатели нашего журнала уже имели возможность познакомиться с новой книгой Карины Кокрелл «Мировая история в легендах и мифах». Сегодня Карина – гость журнала «В загранке». И очень приятно, что наши встречи по поводу выхода в свет ее новых книг становятся доброй традицией. Сегодня наш с ней разговор посвящен психологической составляющей  развития истории, как влияния на ее ход отдельной личности, так и в части формирования культурных парадигм ее эпох.

carina-cockrell

Победы и поражения на «поле боя» Личности и Судьбы

Светлана Александрова Линс: Карина, прежде всего хочу Вас поздравить с выходом в свет новой книги. Завершена огромная работа не просто с обширным историческим материалом, но и по переосмыслению многих устоявшихся представлений. Парадоксально, на первый взгляд — историю невозможно ни воспроизвести, ни переписать. Но, тем не менее, она в своих многочисленных артефактах оставляет нам шанс усвоить ее уроки. А как изменилось Ваше мировоззрение, какие «уроки» вынесли для себя Вы, работая над этими историческими сюжетами?

Карина Кокрелл: Спасибо огромное, Светлана. Книга писалась очень непросто. Совпала с нелегкими жизненными обстоятельствами. Основная же мысль, которая занимала меня на протяжении всей работы – роль психологии в истории. Известно, что первое условие для того, чтобы оказаться «орудием истории» — это быть в единственно нужном месте в единственно нужное время. А что остается на долю психологических черт личности, необходимых для выполнения предначертанного?

Вот на эти человеческие черты, на психологическую обусловленность поступков исторических персонажей – Цезаря, Суллы, Клеопатры, Ольги, Колумба мне и хотелось обратить внимание, продолжая в чем-то традицию «Жизнеописаний» Плутарха, который ставил во главу своего исследования именно личность. Художественно исследовать внутренние механизмы поступков этих великих и в то же время в чем-то  обыкновенных, порой уязвимых людей с их страхами, предрассудками, заблуждениями, низостью и величием. И конечно, ошибками.

Сегодня их статуи в камне и бронзе — на высоких пьедесталах, но когда-то они были просто людьми и мотивация огромного большинства их поступков была глубоко личностная, что часто остается в истории «за кадром». Муки совести, амбиции, симпатии, антипатии, уязвленное самолюбие, одержимость, любовь, желание мести… Движения души исторических персонажей, психологическая мотивация их поступков, на мой взгляд, более интересны, чем их подвиги на полях сражений. Меня интересовали победы и поражения на «поле боя» Личности и Судьбы.

А сверхзадача была — «докопаться»

Светлана Александрова Линс: Меня все время занимает вопрос: как это возможно – реконструировать психологию людей, живших в настолько отличном от нашего мире?

Карина Кокрелл: Назовем это «психологической археологией»! Так археолог, опираясь на знание и фантазию, реконструирует облик целого города по нечеткой кладке сохранившегося фундамента и целую мозаичную картину — по нескольким фрагментам уцелевшей мозаики… А сверхзадача была — «докопаться» до основы основ: меня привлекал человек «голый». Если осторожно приподнимать наслоения предрассудков и реалий эпохи, то что под всем этим? Не случайно, сам Цезарь в начале новеллы является читателю практически голым, уязвимым, без всяких лат, старчески жилистым, похожим на «освежеванную черепаху, которую повар, извлек из панциря, чтобы сварить суп»…

Светлана Александрова Линс: Тут следом возникает  еще один вопрос: как Вы относитесь к понятию «историческая правда»? Важна ли она в исторической прозе?

Карина Кокрелл: В исторической прозе то, что художественно, чему «верю» (по знаменитому восклицанию Станиславского), то и правда. Вы верите, что благодаря интригам кардинала Ришелье и получилась вся эта история с подвесками королевы? Из-за чего действительно произошла Троянская война? Вряд ли из-за женщины по имени Елена, но мир верит и будет верить Гомеру! Кого, кроме специалистов, волнует сегодня, что царь Ирод был прекрасным градостроителем, а Клеопатра – сведуща в экономике, и, с помощью эффективных экономических мер, добилась процветания своей страны? Этим ли они запомнились?

Да и «переписывание» истории началось не вчера и даже не позавчера. Например, после гибели Клеопатры и Антония победитель Октавиан Август развернул мощнейшую идеологическую кампанию по полной дискредитации египетской царицы и «блудного» консула. Так Клеопатра и осталась в истории одномерной – всего лишь неистовая любовница. Историческая правда всегда относительна, все зависит от того, кто и зачем отбирает  факты и кто, как и с какой целью их интерпретирует. Так что же остается от истории по прошествии столетий? Остаются ярче всего рассказанные мифы, которые в свою очередь, получают «повышение» и опять становятся историей. Вот такой нескончаемый круговорот мифов и истории!

У каждого из них был свой рубикон

Светлана Александрова Линс: Карлу Юнгу, одному из столпов психологии, принадлежит фраза: «Все, что раздражает нас в других, может привести нас к пониманию самих себя». Ваш выбор исторических персонажей для этой книги – Цезарь, княгиня Ольга, Христофор Колумб. Что в них оказалось таким мощным «раздражителем», заставившим так пристально всмотреться в их образы и характеры?

Карина Кокрелл: И Цезарь, и княгиня Ольга, и Христофор Колумб – объединились для меня в одном очень важном аспекте: у каждого из них был свой рубикон.

Цезарь – переступил границу (которая как раз проходила по этой речушке) представления о том, что по силам человеческому существу, постоянно нарушая привычные правила игры, бросая вызов богам и людям.

Княгиня Ольга пережила удивительнейший переворот собственного сознания, ее внутренняя этическая система неожиданно оказалась в резком противоречии с общепринятыми ценностями языческой Руси. Мне было очень интересно и мучительно «проживать» вместе с ней ее преображение. Символичным показалось мне то, что она была перевозчицей на реке Великой. Она в себе соединила два берега — разные формы сознания Руси, две цивилизации. Тема воды тоже привлекла меня своей метафоричностью: вода не только великий разделитель, но и символический соединитель земель: и преграда, и дорога.

Колумб – из всех моих героев пересек самую великую водную границу между известным и непознанным, соединив два мира, которые до этого «друг о друге не знали».

В общем, меня привлекло в моих персонажах именно это – Преодоление. Как удалось Цезарю, княгине Ольге, Колумбу – как удалось им преодолеть себя и преступить Границу? В новелле о Колумбе таким символом Преодоления становится африканский  полу-мифический мыс Бохадор, за который боятся заплывать, мыс, «за которым – боль» — непознанное, непостижимо ужасное, порожденное запуганным воображением поколений моряков. Победить свой страх неизвестного, обогнуть свой «мыс Бохадор», который есть у каждого (эмигрантам, с особой силой должна быть ясна эта метафора!) – основное условие движения вперед. Приходит время, когда понимаешь, это нужно сделать, это необходимо тебе самому и если не решишься – никогда ведь себе не простишь!

Без иронии к этой перипетии отнестись трудно

Светлана Александрова Линс: Карина, в Вашем повествовании уживаются, на первый взгляд, не сочетаемые вещи – тщательное, вплоть до мельчайших деталей и подробностей, прописывание исторической реальности  и очень современная интерпретация действий героев. Как то, «рейтинг популярности императора рос», Папа римский — «идеологический конкурент во Христе», или же  «корреспонденты» обсуждают рабочие моменты вторжения Дуки в Константинополь» («Легенда о Княгине Ольге»- прим С.Л.). Таким образом Вы стремитесь показать, что человечество за последние две тысячи лет не изменилось или же это попытка провести исторические параллели, понятные широкой читательской аудитории?

Карина Кокрелл: В том весьма публичном конфликте между патриархом и императором в Византии 10 века, несомненно, присутствуют все ингредиенты скандала, в который ввязались два облеченных божественной властью человека  – император и патриарх Константинополя, а в центре скандала – потрясающе красивая и честолюбивая женщина. Трижды вдовец всего лишь к своим тридцати годам, император Лев решил жениться в четвертый раз, вопреки богословскому, а также собственному законодательному признанию повторных браков блудом! Вот ведь как вышло: именно после трех неудачных супружеств, настигла императора самая сильная в жизни любовь. Воистину: не зарекайся ни от чего и никогда. Еще одна человеческая ошибка.

Без иронии к этой перипетии отнестись трудно, и мне показалось правомерным называть вещи их современными именами. Этот давний скандал обнажил слишком уж человеческие несовершенства представителей верховной власти. Не слишком ли непосильна эта ноша для любых смертных властителей – брать на себя роль непогрешимых — искушение перед которым единоличная власть редко может устоять и сегодня?

Продолжение
____________________
При перепечатке и копировании статей активная ссылка на журнал «В загранке» обязательна.

Адрес статьи: http://vzagranke.ru/razvitie/kulturnyj-minimum/o-labirintax-chelovecheskoj-dushi-na-perekrestkax-istorii.html

Понравилось? Подписывайтесь на журнал прямо сейчас:

(посмотреть видео Процедура подписки)

назад к выпуску>>

к рубрике>>

Оставить комментарий