Глава 22 «Болдинская осень…»


Предыдущая глава: Глава 21 В «народном» стиле

Глава 22  «Болдинская осень…»

«Отчитавшись» по бизнесу, мой муж плавно перешел к своему любимому ораторскому «жанру», озвучиванию перспектив развития нашего коммерческого хозяйства. В такие минуты Линса надо видеть: он просто преображается, когда с блеском в глазах, раскрасневшись и жестикулируя, говорит о планах, которых у него, и по сей день, «громадье». И, как ядерный реактор, «фонит» недюжинной энергией, заражая окружающих своим энтузиазмом и праведностью.

И ты чувствуешь, что его планы — это не просто «маниловские прожекты» прекрасного будущего, о чем так любят потолковать «кухонные» философы. Это — тот внутренний огонь, который, вырвавшись наружу, неумолимо «переплавляет» действительность по желанию его обладателя.

«Развиваться будем вширь и вглубь. Начнем реанимировать посылочную торговлю. Клиенты же все на месте, никуда не подевались. И продукты наши знают. Только фирменный каталог надо обновить: добавить новые товары, убрать изъятые поставщиками из своего ассортимента, все цены проверить. Этим ты и займешься», — сказал Линс и перевел мой взгляд на внушительную стопку красочных буклетов. Они, как осенние листья, дружно «засыпали» нас на прошлой неделе.

Да, осенью природа постепенно увядает, а новый бизнес-сезон, наоборот, — только-только начинается. С непривычки это вносит некоторое смятение в душу. То ли готовиться, по обычному сценарию, «к зимней спячке», постепенно замедляя вслед за природой свой жизненный ритм, или же, наоборот, «раскочегариваться» вместе с началом отопительного сезона, настраиваясь на новый порядок смены времен года. А это «многотомное» задание сразу же внесло полную ясность: все только начинается.

«Некоторые продукты под нашу марку «посадим», - увлеченно продолжал наш «бизнес-кормчий», — «С «майонезником» Майером я уже договорился насчет салатных соусов. Он недавно разработал новую линию. Она гораздо выше по качеству, чем «супермаркетная». Салатный соус – это, конечно, архисложный продукт для внедрения на рынке. Но попробовать можно. Только «цепляющее» название надо придумать,. Иначе никто на новые «салат-дрессинги» даже внимания не обратит. Есть ли у тебя на этот счет какие-нибудь идеи?»

Я незамедлительно погрузилась в раздумья, совершенно серьезно и буквально восприняв его вопрос. Из состояния транса меня вывел зазывно-бойкий возглас радиоведущего (радио у нас вещало постоянно весь первый год моей швейцарской жизни, я так «ухо» тренировала, чтобы к новому языку привыкнуть):«Воскресный хит-парад продолжается!». Так как я в те времена мало что понимала на местном наречии, то слово «хит-парад» оказалось единственным, которое уловил мой слух, вызывая тем в душе «радость узнавания».

И, реагируя на слова и настроение ди-джея, я почти на полном «автомате» выдала во внешний мир: «Хит-парад, хит-салат». Со стороны это выглядело, как комическая сцена из мультсериала «Приключения Барона Мюнхаузена», когда великий путешественник и рассказчик обращается к Дэву с просьбой показать «птичку». Последний же, поглощенный трапезой отвечает ему: «Какой-такой павлин-мавлин?»

В этот момент Линс, прервав свой директивный доклад, вскинул на меня свой взгляд и эхом повторил «хит-салат». На мгновение замер и торжественно-ошарашенно произнес: «Название «дрессингам» у нас уже есть – «Салат-хит». Света, да ты просто гений копирайтинга!» Его восторженную похвалу я парировала пришедшим в голову каламбуром: «Ну уж прям и гений. Пока одно название…». Линс же мой ответ воспринял в буквальном смысле слова и энергично замотал головой: «Не скромничай, пожалуйста. Одно название, но зато какое!»

И потащил меня к компьютеру: «Сейчас сразу и макет этикеток для «салатов» соорудим. Думаю, что они должны быть простыми, без рисунков, в светлой зеленоватой пастели. А названия разных видов соусов выделим особым цветом. Вот посмотри, этикетка будет выглядеть примерно так».

Линс открыл очень мудреный файл, с таковым я до этого никогда не сталкивалась. И начал очень буднично ваять этикетку, заключив название соуса в незатейливую квадратную рамку. Сделав шаблон, он скопировал его и раскрасил название и рамку разными цветами, выбранными под каждую разновидность соуса. Сам «дизайнер» был явно удовлетворен результатами своего творчества.

«Ну, что скажешь?» — повернулся ко мне Линс, заранее предвкушая мои восторги. Я, действительно, «восторглась» его умением лихо орудовать неведомой мне компьютерной графикой, доставив этим мужу несказанное удовольствие. А потом, все же, «свела на нет» его радость самолюбования: «Знаешь, такая этикетка годится лишь для анисовой настойки от кашля (помните «алтейку», этот атрибут наших аптек), которую купит любой «страдалец», не очень-то задумываясь об упаковке этого целительного зелья.

А вот твой соус в таком обрамлении вряд «своими ногами» дойдет до кассы. Я бы на такой соус не то чтобы «не запала», а вообще бы не разглядела его на фоне яркого многоцветья бутылочек, оформленных картинками и фотографиями. Хоть это и продукт питания, его сначала глазами «выбирают». И только потом пробуют на вкус».

Линс заметно потускнел после моих слов, но не сдался: «Да, точно. Все делают эти дурацкие картинки, которые не отражают сам продукт. Рисуют или фотографируют овощи. Но я, ведь, не овощи покупателю предлагаю, а соус к ним. К тому же, салаты бывают не только овощные… Нет, тут ты не допонимаешь тонкостей потребительских предпочтений (хотелось бы посмотреть на этого непонятного мне швейцарского потребителя салатных соусов, подумала я). Моя этикетка выгодно отличается от устоявшегося и всем приевшегося формата. Этим она, сдается мне, должна заинтересовать покупателя».

И помедлив, еще раз охватывая взглядом всю коллекцию этикеток, Линс заключил: «Оставим этикетки как есть». Я не стала настаивать на своем. В конце-концов, последнее слово всегда — за рынком. Потребитель сам проголосует за товар и его упаковку. Если что, изменить этикетку можно в любой момент: своя рука, вернее, рука Линса, — владыка.

Разделавшись с салатными «дрессингами», Линс перешел к следующей категории продуктов, призванных укрепить собой нашу семейную торговую марку: «С Бергером  я тоже договорился, его смеси приправ начнем продавать под Besty. А к ноябрю он еще 3 новых (и эксклюзивных!) соуса готовит, так что коллекция наша пополнится и ими. Я и этикетки уже для приправ разработал. Вот посмотри», - открыл новые файлы Линс.

Здесь я увидела, какой бы мне и хотелось видеть этикетку. На ярком фоне были размещены озорные, создающие настроение картинки: здесь были и аппетитные мясные котлеты, и овощи, и грибки, и чашка с бульоном. Вся группа пластиковых стаканчиков с этикетками смотрелась как веселая батарея матрешек. «Ой какая прелесть! Вот здесь все на месте», — заворковала я, мысленно  себя вопрошая:«И почему нельзя применить этот же прием на «дрессингах?»

pripravi

«Для приправ я еще разработал и картонный лоток со слоганом нашей марки на задней стенке», – довольный моей реакцией Линс вытащил из шкафа картонную коробочку горчичного цвета с высоким задним бортиком. Она чем-то напомнила мне лотки русских коробейников. «Первую партию приправ я буду продавать прямо в этом лотке, — проинформировал меня Линс, — так сразу загрузим в каждый магазин по 24 штуки. Если в магазине поставить этот лоток на видное место, то, уверен, продажи пойдут. Хотя, конечно, приправы — продукт не скоростной. Потребителю время надо для его повторной покупки. А только после повторной покупки можно понять, понравился ли товар потребителю».

«А почему ты так уверен, что все мясники так прямо и кинутся скупать у тебя эти коробочки, да еще с таким количеством приправ?» — спросила я недоуменно,- обходились же они до этого без них как-то. Да и вообще, продукт какой-то несерьезный. Приправы…»

Линс поставил коробочку на ладонь и отвел ее на расстояние вытянутой руки. Прищурившись, еще раз оценил свое творение: «Возьмут, конечно, не все 100% клиентов. Но полагаю, что две трети клиентуры согласится поработать с нашими приправами. А вот как конечный потребитель на приправы отреагирует, это покажет время. Предугадать здесь чего-либо невозможно, рынок надо «щупать». Да и потребители везде разные.

К тому же, у нас есть «козыри» — малопорционные стаканчики. Многие поставщики приправ работают «по старинке», с большой упаковкой. Сам Бергер, кстати, тоже в своем фабричном магазине выставляет на продажу пакеты по 900 граммов. А швейцарцы уже давно не живут большими семьями. И большой процент домашних хозяйств — в количестве одного человека. А им зачем в хозяйстве почти килограммовая упаковка приправы к мясу или салату? Им же ее на всю жизнь хватит. А люди хотят всегда иметь свежий продукт. Вот мы и его и предложим.

А насчет количества стаканчиков, я тут использую уже отработанный трюк – 4 штучки каждой привправки в лотке. Меньше в него поставить — будет некрасиво смотреться. Если кто будет упираться, я им это продемонстрирую и таким образом возражения по поводу количества стаканчиков в наборе сниму без особых сложностей».

«Ну ты и хитрец… А какие еще у тебя есть «лебеди в рукаве»? – с любопытством спросила я. Линс лукаво улыбнулся: «Стаканчики наши — нарядные, они собой любой прилавок, да и кухню украсят. Ты же сама на это «клюнула». А мясники — тоже люди, и ничего человеческое им не чуждо. Тем более, что приправы не надо размещать в холодильных витринах, где мяснику всегда мало места.

Ну и последнее, самое главное наше преимущество перед конкурентами – это то, что жены мясников просто не могут устоять перед моим шармом. А они-то и занимаются нашим ассортиментом, сопутствующими товарами». Тут я, многозначительно посмотрев на Линса, произнесла: «Уж не знаю, как квалифицировать этот «нематериальный» актив нашей фирмы…»

Следующая глава:  Глава 23 «Viva, mamma Italia!»

____________________________________________________

Перепечатка глав книги по договоренности с автором с указанием активной ссылки на журнал «В загранке» .

Адрес главы: http://vzagranke.ru/zhizn/syr-v-shokolade/boldinskaya-osen.html

Понравилось? Подписывайтесь на журнал прямо сейчас: Подписаться

назад к выпуску >>

к рубрике  >>

Оставить комментарий