Глава 44 «Э, Парамоша, ты азартный!»

С.Александрова Линс «Сыр в шоколаде: моя жизнь в Швейцарии»


sir-v-shokolade

Часть III 

Глава 44  «Э, Парамоша, ты азартный!»

Как только мы вновь обрели машину, я, настроившись на волну ликования, повсюду искала события и поводы продлить это состояние счастливого парения. Да, так уж устроены мы, человеки: штормовое душевное ненастье должно быть уравновешено таким же по силе, но позитивным шквалом эмоций. И мир вокруг, несмотря на февральскую серость и промозглость, теперь казался мне безукоризненно «голубым и зеленым». А в воздухе чувствовалось приближение весны.

Весна же в ее всеобщем пробуждении и пьянящем вихре цветущих садов для нас с Линсом означает еще и открытие нового торгового сезона. А это всегда — новые планы, проекты и конечно же оптимистические надежды на их успешное воплощение. Ближе к марту наши клиенты-магазинчики оживляются, прихорашиваются и конечно же запасаются товаром к Пасхе и гриль-сезону. Мы же после двух месяцев «затягивания поясов» с бесконечными спагетти на разный лад (еще раз спасибо итальянскому гастрономическому гению!), наконец, можем расслабиться и в буквальном смысле вкусить некоторые прелести жизни, такие как новозеландские бараньи ребрышки, нью-йоркский стейк или сырокопченая испанская ветчина.

Именно во время одной из таких эпикурейских трапез нам позвонила Лера. Справившись о том, как обстоят дела с поиском новой машины и разделив с нами радость обретения оной, Лера сообщила о грядущем празднике славянской культуры. Его устраивали студенты факультета славистики.

На праздник мы поехали вместе с Линсом. Он начал было отнекиваться, ссылаясь на незнание русского языка и более чем приблизительное представление о славянской культуре. Но я все же его уговорила: «В конце концов, там будут швейцарцы из общества любителей русской культуры. Если уж тебе совсем будет невмоготу со скуки, ты с легкостью найдешь пару свободных ушей, чтобы было кому вещать про соусы».

Праздник был намечен на пятничный вечер. Его проводили в клубе в предместье Берна, помещение которого мне показалось слишком простеньким — большой ангар с пристройками, какие обычно можно встретить в промзонах. Что явно не стыковалось с моим представлением о клубе как помпезном учреждении с непременным фейс-контролем. Здесь же господствовала аскеза, но витал студенческий задор и ощущалась здоровая энергетика увлеченных людей. Повсюду — в гардеробной, в баре, в фойе, где были установлены столы для ужина, в зале, где сначала проходил спектакль, а потом – дискотека, управляли всем сами студенты.

studenceskiy-prazdnik

Программа празднества начиналась получасовым спектаклем, поставленным по мотивам повести Достоевского «Бедные люди». От спектакля на русском языке Линс наотрез отказался. И на это время уютно приземлился в баре, где уже через минуту весело болтал со студентками из обслуги. Я прошла в зал. Лера была уже на месте. Народ потихоньку подтягивался к представлению, и за несколько минут до начала спектакля  потушили свет.

С минуту сохранялась абсолютная тишина. Потом зычно-хрипловатый  мужской голос из темноты вопросил: «Украинцы имае?» Ему несколько задиристо ответили вопросом на вопрос: «Может быть, тебе еще и узбека подать?»  Тут я неожиданно для самой себя совершенно искренне возопила: «Да, мне узбека подать! Я из Ташкента». Тогда задиристый голос заметно потеплел и грустновато-мягко, даже с явной ласковой ноткой ответил: «Да нет тут узбека, — и, помедлив, добавил, — хотя был один, работал здесь в Берне, да в прошлом году уехал».

Сидящие в зале отреагировали на эту форму поиска земляков  внимательным и заинтересованным, даже каким-то наэлектризованным молчанием. Молчанием сродни тому, какое возникает в зрительном зале уже в ходе театрального действа, а не в момент его ожидания. Но жизнь, как водится, сама неустанно режиссирует свои собственные постановки.

Вскоре над импровизированной сценой зажегся свет, и наша «перекличка» завершилась. Спектакль принес мне довольно необычные ощущения. Он шел на русском языке, но я не поняла ни слова. Да, студенты очень старались и хорошо передали настроение, мир Достоевского. Но для меня спектакль оказался чем-то вроде немого кино.

Судя же по реакции зрителей-швейцарцев, они, напротив, в исполнении своих соотечественников очень хорошо восприняли  русскую речь. Студенческая труппа состояла, в основном, из местных. Среди них был только один поляк, высокий стройный парень,  внешне напоминающий актера Ланового в молодости. И при всем его облачении в форменное рубище, ну никак он не тянул на бедного-несчастного. Но зал, не обращая внимание на эти мелочи, единодушно рукоплескал студентам.

После спектакля мы перешли в фойе, где были установлены столы для ужина. Линс заблаговременно перекочевал туда из бара и держал нам с Лерой места.  Рядом с нами расположилась одна швейцарская пара из общества любителей русской культуры. Вернее, членом этого общества была дама, а ее муж – таким же «потерпевшим», как и Линс, которому по Бог весть какой причине пришлось сопровождать жену на этом далеком и непонятном для него празднике.

Мужчины обрадовались своему  случайному соседству и с головой ушли в  разговоры, не замечая, что творится вокруг них. Их внимание смогла привлечь к себе лишь ведущая праздника, объявившая по-немецки о проведении литературной викторины. То есть, она говорила на двух языках, но наши «жертвы» любви к русской культуре, естественно, отреагировали на понятный им речитатив.

Суть викторины сводилась к следующему: зачитывались отрывки из произведений русских писателей сначала на немецком, а потом на  русском языках. И желающие поучаствовать в состязании записывали на листочках  бумаги авторов и названия произведений с  указанием своего имени-фамилии. Я и в мыслях не держала принять участие в этой викторине. Еще чего, опозориться перед швейцарцами, если что-то перепутаю и отвечу невпопад. Ладно бы, если викторина проводилась по западно-европейской литературе, а тут нет уж. Все же народ здесь собрался непростой – сплошь ценители и профессионалы от русской литературы.

Линс же, наоборот, услышав о викторине, оторвался от своего собеседника и решительно надавил на меня: «Ты непременно должна участвовать в этой викторине!» При этом Линс никоим образом не мог оценить мои шансы к победе. У него просто сработал синдром игрока. Отбиваясь же от мужа, мне захотелось ответить ему словами незабвенного генерала Черноты из булгаковского «Бега»: «Э, Парамоша, ты азартный. Вот где твоя слабая струна!».  Но вместо этого я с досадой подумала: «Да, мой дорогой муженек, в такие моменты мне как раз не хватает твоего знания русской литературы». Линс же не отступал.

Ладно, как говорится, «на миру и смерть красна». Решила при этом, на всякий случай, внимательно слушать текст произведений на обоих языках. И … уже первый отрывок я  с легкостью узнала еще в его немецком варианте. Это был Гоголь – «Мертвые души». «Ну, — недоверчиво подумала я, — это, видимо, просто разминка, дальше будет по-сложнее». Вторым оказался Достоевский с его «Преступлением и наказанием». Опять то же самое –  я вписала ответ лишь прослушав немецкую версию отрывка. Третьим шел Тургенев «Отцы и дети» — что уж тут размышлять-то. Зря я боялась эту викторину, она вся была «школьная».

Но потрясающей неожиданностью для меня оказалось то, что я смогла распознать эти произведения на немецком. Ведь я была убеждена, что практически не знаю этот язык.

После короткой паузы объявили победителей. Их оказалось двое: я и еще одна русская девушка. Так как заготовили только один-единственный приз (видимо, никто и не рассчитывал на большое количество призеров), пришлось нам, двум победителям, тянуть жребий.  Приз я не получила, несмотря на то, что впоследствии выяснилось, что моя соперница была библиотекарем по профессии. То есть, у нее было явное преимущество. Но меня это нисколько не огорчило. Я получила гораздо большее – викторина помогла заново оценить свои познания в немецком.

Линса  же в этой истории поразило все: и то, что я вообще так лихо отгадываю литературные произведения и их авторов, и что мне это удалось сделать на немецком. Муж во все глаза наблюдал за мной на протяжении всей викторины. С тех пор эта история вошла в золотую коллекцию его баек. Она же явилась и еще одним поводом для подозрений Линса о том, что он женился на каком-то не совсем обычном бухгалтере…

______________________________________

Перепечатка глав книги  по договоренности с  автором с  указанием  активной ссылки на журнал «В загранке».

Адрес статьи: http://vzagranke.ru/zhizn/syr-v-shokolade/e-paramosha-ty-azartnyj.html

Понравилось? Подписывайтесь  на журнал  прямо сейчас:

Назад к выпуску >>

К рубрике >>

4 комментария к записи Глава 44 «Э, Парамоша, ты азартный!»

  1. elena:

    Svetlana!!
    Prosto zdOrovo!!
    Spasibo!!

  2. Светлана:

    История, не менее замечательная, чем все предыдущие!!! Браво, Светлана!!!

  3. Светлана И.:

    Ага, бухгалтер, замечательно:) Ну все мы домохозяйки по большому счету .

  4. Yulia Weiss:

    Svetochka. Spasibo! Nevozmojno otorvatsya ot tvoego chtiva! Takie yarkie obrazi!

Оставить комментарий