Глава 32 Странности сближения

С.Александрова Линс «Сыр в шоколаде: моя жизнь в Швейцарии»

sir-v-shokolade

Предыдущая глава Глава 31. «Ты – мог Бог…»

Часть II

Глава 32. Странности сближения

Мои первые новогодние праздники в эмиграции были омрачены не только «рождественским синдромом» Линса, но и надвигающимися школьными каникулами. Их неумолимое приближение вызывало в моей душе ощущение сродни ожиданию военного набега. Что явственно поддерживалось и внешними к нему, набегу, «приготовлениями».

Неизменными подарками Доминика от папы на все «праздничные» случаи оказывались Лего-объекты по мотивам «Звездных войн». Этот сериал был и по сей день остается непререкаемым культом для обоих Линсов, отца и сына. Правда, сегодня формы культового поклонения у них разные: если папа так и продолжает с детским упоением мастерить из Лего космические корабли и межпланетные станции, то для юного отрока «Звездные войны» безвозвратно переместились в виртуальную плоскость.

А вот 7 лет назад, оба еще проявляли единодушие в своем рвении «заземлить» природный инстинкт преобразования, орудуя этим чудо-конструктором.

Ясное дело, меня в этой «войне» ожидала полная «капитуляция». Все свободные горизонтальные плоскости нашей квартиры, которых и без того было  недостаточно для нормального течения человеческой жизни, превращались в буквальном смысле в военный плацдарм. А так как в зимнее время наш дворик задействовать было невозможно, то для больших «военных маневров» приходилось ежедневно разбирать и убирать кровать Доминика, отвоевывая дополнительную площадь для игры не только местной «звездной» рати, но еще и соседских «легионеров».

Единственным обитателем нашего жилища, которого никоим образом не волновало это поле «военных» действий, была Гейша. Она безраздельно властвовала на всем пространстве этого более чем скромного по своим размерам помещения, транслируя мир и покой своим монументально-невозмутимым видом. И нашим «полководцам» приходилось считаться с ее грациозными перемещениями из квартиры во двор. И при этом постоянно открывать-закрывать  дверь, выходящую в палисадник. В эти моменты Гейша являла собой живое воплощение швейцарского нейтралитета на фоне вселенского противостояния.

И тем не менее, все эти «игрушечные» неудобства школьных каникул казались мне тогда сущей мелочью по сравнению с молчаливой «холодной войной», которая установилась между мной и Домиником. Хотя со стороны эта война смотрелась как очень даже мирное сосуществование двух систем, можно даже сказать двух Галактик: так безнадежно далеки мы были с Домиником друг от друга, несмотря на то, что находились бок о бок в самом что ни на есть прямом смысле слова.

Нельзя сказать, что я ожидала со стороны мальчика проявления сильной родственной привязанности или хотя бы ровной дружеской симпатии уже с первых мгновений нашего знакомства. Нет, конечно нет. Я прекрасно понимала, что инициатива нашего сближения и активные действия, направленные на него, должны исходить прежде всего от меня. В то же время, я не торопилась форсировать события, а, как и в любой новой и непонятной для меня ситуации, сначала лишь присматривалась и наблюдала, чтобы определить, куда и как двигаться.

Мальчик бывал у нас на каникулах и 1-2 раза в месяц — по выходным. Линс же сетовал на то, что «бывшая» с моим появлением значительно сократила пребывание Доминика на нашей территории. Понятно, я была для нее «темной лошадкой». Да и кто знал тогда, как долго я продержусь в статусе жены Линса, и вообще в его окружении, чтобы принимать меня сколько-нибудь всерьез и строить со мной отношения. Тем более, что между матерью Доминика и мной в жизни Линса была еще одна его спутница, оставившая в душе мальчика свой неизгладимый след.

Узнала я об этом от мужа, когда тот попытался объяснить глухое сопротивление сына в моих робких попытках установить с мальчиком хоть какой-то контакт. Оказалось, что Ивонн, так звали мою незадачливую предшественницу, с первого мгновения просто «приворожила» к себе Доминика. Уже при первой встрече  она предложила ему, тогда 4-х летнему карапузу, сообща готовить ужин. Как взрослому, на равных. И их совместная стряпня легко и практически незаметно для ребенка растопила между ними «лед отчуждения». Да, общего с мальчиком языка, и в прямом, и в переносном смысле, мне тогда ох как не хватало!

Было у Ивонн еще два «беспроигрышных козыря», с помощью которых ей удалось без видимых усилий завоевать сердце Доминика. Ими были ее сыновья-школьники. Поэтому посещение отца стало для Линса-младшего истинным наслаждением: ему было интересно играть с мальчиками старше себя по возрасту, которые при этом его не обижали и не пренебрегали им, опять же, в силу разницы в возрасте. И Ивонн с сыновьями быстро оказалась для него частью семьи не на словах, а на деле.

strannosti-sblijeniya

Когда же Линс с Ивонн расстались, Доминик пережил их разрыв очень тяжело, почти как развод своих родителей. При этом он потерял не только саму Ивонн, но и, что было для мальчика особенно болезненным, двух ее сыновей. А сильная и искренняя привязанность Доминика (какую, к слову сказать, можно встретить только у детей!) к этому семейному трио впоследствии, но уже со знаком «минус», обратилась против меня. Доминик считал Ивонн предательницей: он открыл ей свою душу, доверился ей навсегда, а она… Она оказалась лишь несерьезным и коротким эпизодом в его жизни. И конечно, после такого «предательства» ребенок будет держаться на приличном расстоянии с новой пассией своего отца.

«Да, — с тоской подумала я, слушая эту историю, — ситуация у меня явно не из простых. Ко всем моим «геополитическим недостаткам» в виде незнания местного языка и менталитета, да просто незнания традиционной кухни прибавились еще и недостатки «статусные», как спутницы жизни отца Доминика. Хочешь-не хочешь, а приходится носить «терновый венок» недоверия, полученный в наследство от Ивонн».

То ли сама история с Ивонн так сильно меня проняла, то ли действительно Доминик время от времени молчаливо бросал в мою сторону взгляды, полные ненависти, сейчас мне уже трудно это сказать с достаточной определенностью. Скорее всего, имело место и то, и другое. Одно лишь было мне тогда предельно ясно: сближение будет долгим и извилистым. И этот путь мне еще предстоит отыскать.

А пока перед каждым приездом Доминика я уже за несколько дней внутренне напрягалась и съеживалась. И когда ловила себя на этом, все время задавалась одними и теми же вопросами: «Почему меня так выбивает из привычной колеи общество этого мальчика? Почему так задевает отсутствие контакта с ним? Ведь от меня никто не требует блиц-результата. Почему мне так важно именно его расположение ко мне? Почему…? Почему…? Почему…?»

При всех этих постоянно мучающих меня вопросах, я четко осознавала, что мне нужна только 100%-ная победа, без намека на натяжку или фальшь. А значит, я сама не имею права фальшивить и играть с ребенком «в любовь».

Ход моих мыслей был примерно таким: «Да, мне очень жаль, что мальчику так не повезло с чувствами к Ивонн. Но это совсем не означает, что он автоматически свою боль переносит на меня. Да, он меня не любит. Но я ведь его тоже не люблю. Не чувствую я к нему любви — и все тут! Но при этом все мое нутро требует любви от этого маленького и неопытного в жизни создания, которое еще не научилось ловчить и притворяться в своих чувствах, как это делают взрослые. И я в том числе…»

Эта мысль сначала меня обожгла своей неприятной и неудобной для меня правдой. А потом принесла долгожданное умиротворение. Да, все гораздо проще, чем мы сами привычно нагромождаем своим неуемным желанием быть любимыми и ценимыми всеми без исключения. И именно оно, это желание, заставляет нас двигаться в ложном направлении: мы тратим свои душевные силы на притворство и ждем такого же притворства от других.

А не лучше ли остановиться в этой пустой душевной суете и все же попытаться найти в ее укромных уголках хотя бы малюсенький, но живой росточек настоящего чувства любви, по крайней мере, хотя бы здоровый намек на это чувство? И отыскав его, заботливо и трепетно растить, ничего в себе не приукрашивая и не надрываясь.

С этого странного озарения начался путь моего сближения с Домой.

Следующая глава Глава 33 «Центр притяжения»

______________________________________

Перепечатка глав книги по договоренности с автором с указанием активной ссылки на журнал «В загранке» .

Адрес главы:  http://vzagranke.ru/zhizn/syr-v-shokolade/strannosti-sblijeniya.html

Понравилось? Подписывайтесь на журнал прямо сейчас:

(посмотреть видео Процедура подписки)

назад к выпуску >>

к рубрике  >>

4 комментария к записи Глава 32 Странности сближения

  1. Анна:

    Рассказ очень понравился, но тут возникает вопрос. Уже отчётливо видно, что в вас пробуждается материнский инстинкт — сначала к Доминику. Не думали обзавестись своим ребёнком, или ваш семейный бюджет не выдерживает ещё одного члена семьи?

    • Анна, интересная реакция на мои душевные поиски. Честно скажу, никак не связывала их с материнским инстинктом. Для меня этот эпизод жизни оказался осознанием того, что такое безусловная любовь, та, о которой много пишут, говорят, а, главное, которую ищут иногда на протяжении всей своей жизни. Удивительно то, что в данный момент я ее и не искала, а просто хотела настоящих «добрососедских» отношений с сыном моего мужа. Настоящих, а не взаимной имитации оных. Искала одно, а получила гораздо большее.

      Насчет своих детей, я никогда не связывала размер семейного бюджета с количеством членов семьи. По молодости же мной владело заблуждение о том, что у ребенка должна быть полная семья…

  2. Елена:

    У Клауса Джоула есть чудесная книга «Посланник». В ней он рассказывает как научиться посылать любовь. Просто сказать, что посылание любви другим людям работает — это ничего не сказать! Приходит понимание того, что насколько важно, чтобы каждый миг нашей жизни был наполнен любовью…

    • Елена, слышала об этой книге, но к сожалению, она мне не попадалась ни в продаже, ни в электронных библиотеках. Могли бы Вы привести здесь, в комментариях, эту технику Клауса Джоула. Уверена, что многим читателям нашего журнала это будет интересно.

Оставить комментарий