У Бретани женское лицо

Share on facebook
Share on twitter
Share on vk
Кельтская Франция - Бретань – Часть 3-я

Крестьяне и рыбаки лучше, чем кто бы то ни было испытали и продолжают испытывать на себе пагубность мужского подхода «Мы не ждём милостей от природы, а берем их сами». Они просто вынужденны самой реальностью быть в постоянной связи со своей женской частью, материнской, интуитивной.

Об особенностях матриархата в Бретани

Первый раз я услышала об этом якобы характерном для Бретани явлении от одного знакомого, когда только приехала во Францию. Он был бретонец. Звали его Рене. Он объяснил, что мужчины уходили в море–океан на рыбалку. Само собой, прибрежное население здесь всегда жило рыбной ловлей. Море–океан здесь суровые. С огромными волнами, приливами–отливами. Это вам не ласковое Средиземное море. Рыбаки не всегда, даже довольно часто, не возвращались. Погибали. Оставались многодетные вдовы. Поэтому, говорят, бретонцы не ревнивы. Мужчины были готовы к тому, что их жены будут жить с другими. Соответственно, бретонцы знали друг друга не как «Жан, сын Пьера», и как «Жан, сын Марты».

Недавно, после твоего вопроса, Света, я провела свое небольшое расследование местного масштаба. Мои новые друзья мне подтвердили факт матриархата в прибрежных зонах. Здесь же, в глубине Бретани, матриархат не так явно выражен. Хотя тот же Андре рассказал, что мужчины уходили и на войны тоже. Его отец был ветераном второй мировой. Ему посчастливилось вернуться. За годы его отсутствия хозяйством занималась жена. Прошло какое-то время, пока он не взял вновь бразды правления в свои руки на очень короткий срок, так как умер молодым. А сколько мужчин не вернулосьили вернулись калеками?

Я стала штудировать литературу, относящуюся к теме матриархата в Бретани. Теорий бесчисленное множество. Одна из ведущих теорий говорит о том, что дохристианские верования, а именно друидические – пантеистичные и скорее с матриархальным уклоном. И якобы он проявися в католицизме в виде всех этих кафедралов и церквей «Нотр дам» - «Наша дама» (имеется в виду та или иная святая, охраняющая этот кафедрал и его прихожан). Не зря «Нотр дамы» в большом количестве находятся и в Нормандии.

Культ «Маммы»

Для меня это очень спорно. Невольно я вспомнила культ «Маммы» в Провансе. Мой бывший маркиз был наполовину сицилиец, как и большинство марсельцев. Я писала о том, что население Прованса - переходное между французами и итальянцами. И к тому же Прованс в свое время захлестнули несколько волн иммиграции из Италии и Испании. Символом Марселя является знаменитая золотая статуя Нотр дам де ла Гярд с младенцем в руках. Как говорят марсельцы, самая космополитичная Нотр дам, которая оберегает всех моряков, независимо от их национальности и вероисповидания.

Первыми словами моего годовалого сына, были: «Амамеея!». По всей видмости: «О, мамма мия!» Я такого выражения никогда не употребляла, как, впрочем и маркиз – его папаша, мать которого была сицилийкой. Вот насколько сильны эти гены.

Недавно я разговаривала с моей подругой – психологом. Она мне сказала, что матриархат всегда присутствует в культуре. Что если углубляться в корни любой проблемы клиента, всегда ее отправной точкой будет мама. Отношения с матерью, ее мировоззрение, а скорее, ее мироощущение, ее отоношение к миру и отношения с миром. И чем больше внешне забита женщина, я имею ввиду «мусульманские» культуры Афганистана или Саудовской Аравии, тем больше она манипулятивна. Тем больше она умеет исподволь, втихую влиять на простака–мужчину. И именно в таких патриархальных, матчистских сообществах, каким бы это не казалось парадоксальным на первый взгляд, распространён гомосексуализм.

И в исламе присутствует культ матери. Марьям – Мария официальным исламом по статусу выше Магомета. Как-то в автобусе я спросила у одной мусульманки, которая сидела напротив и читала коран, Аллах, мужчина он или женщина. Она ответила мне, что и то, и другое одновременно. (Аллах – это абстракция, поэтому ислам фактически – первая религия, в которой нет бого-человека).

Я пишу эти строки, сидя за столом в саду. А ближайшее поле лихо обрабатывает на тракторе женщина.

Христианство здесь довольно наносное, сквозь которое везде проглядывает друидизм

Как мы видим, готический стиль архитектуры церквей и кафедралов часто сохраняет и друидские символы. В частности, крест Одина или петух, пусть и пронзенный пикой, на верхушке купола часовни. То есть христианство здесь довольно наносное, официальное верование, сквозь которое везде проглядывает шаманизм – друидизм. Бретань сохранила свою самобытность из-за того, что она мало привлекает мигрантов. Для европейцев, французов в частности, местный климат и природа слишком суровы. Даже в отпуск все скорее устремляются на Средиземное море и более южное атлантическое побережье.

Бретань, приходится повториться, аграрный и рыболовный край. Его считают житницей Франции. Достижения научно-технического прогресса в областях земледения, животноводства и рыбной ловли значительно снижают риск, но всё же крестьяне и рыбаки зависят от капризов природы. А значит, их глубинная связь с духами природы остаётся такой же сильной, как и раньше. Они продолжают приносить духам дары. Они все так же верят в разные приметы, пытаясь всей шкурой прочувствовать настроения духов, умилостивить их ритуалами и дарами, спрятаться в убежище, если они в гневе. Предвидеть заранее смены настроения.

Языческие корни бретонского матриархата

Кстати, прежние жители дома нам оставили статуэтку – оберег. Это изображение бретонской мадонны, а скорее, богини матери. Считается, что и Нотр Дамы это друидские Матери. Отсюда Мадонна – девственница. То есть Бог это Богиня. И это она создала дуальность из себя самой. То есть для сотворения этого мира ей не нужен никто. Мир един. И когда появляется парадигма пространства–времени, логос, мир или Богиня Мать начинает расщепляться и соединяться в попытке познать саму себя. Это видение – база друидизма. Друиды одушевляют природу. Нет хороших или плохих духов. У духов, как и у богов античности, свой характер, разные настроения. Поскольку человек зависит от духов, он и должен вести постоянный диалог с ними. И океан непредсказуем и мощен. И сейчас рыболовы нередко погибают. Соответственно они зависят от духов моря.

Друиды и в наши дни регулярно встречаются и совершают свои обряды поклонения духам. Только теперь это делается негласно, в тайне.

Отсюда и корни матриархата. Надо поддерживать хорошие отношения с духами, но ещё больше – с Матерью. Эта иррациональная, нелогичная связь с природой, с элементалами, которая держится не на разуме, не на расчёте, а на интуиции, на ощущениях. Крестьяне и рыболовы лучше, чем кто бы то ни было испытали и продолжают испытывать на себе пагубность мужского подхода «Мы не ждём милостей от природы, а берем их сами». Они просто вынужденны самой реальностью быть в постоянной связи со своей женской частью, материнской, интуитивной.

А Женщина знает, что нельзя менять других. Даже своих собственных детей. Она уважает особенности каждого ребёнка, ведя постоянный диалог с ним на его языке, оставаясь собой, меняя лишь отношение к тому или иному проявлению своего чада, что позволяет и ему меняться. Женщина или женская часть каждого, мы ведь все не на сто процентов женщины или мужчины, умеет выстраивать отношения, диалог не только со своими детьми, но и с природой, со стихиями, с духами. И это ведьма или ведунья. Та, которая ведает, знает. Она знает не словами, а своим нутром. Она не будет ловить бабочку, насаживать на иглу и вешать в рамочке на стену, классифицируя, дав длинное латинское название, умертвив жизнь в попытке обладать ею. Она вступит с ней в диалог.

И если говорить о матриархате, то надо упомянуть и один из вездесущих символов Бретани - кельтсктй крест. Он распространен и в Бретани и в Ирландии, Шотландии, Уэлсе... Говорят, что он викингского происхождения. Датируется седьмым веком после рождества Христова. Этот крест встречается повсюду, а особенно в церквях, часовнях и кафедралах. Он бывает выбит в камне в стене, либо стоит отдельно.

В то же время упоминания об этом кресте, который в сущности крестом не яляется, встречется еще у римлян. Он богат символикой. Самая распространенная – это круговорот, переход дня и ночи, зимы и лета. Тот же дуализм в постоянном движении. Это символ женского и мужского начал, постоянно переходящих одного в другое. Динмаичное слияние горизонтали и вертикали, пассивного и активного.. Оппозиция жизнетворящая и подвижная.

Кельтский крест удивительно соответствует инь и янь. Кроме того мы видим его удивительное сходство с египетским анкх «крестом жизни». Мне этот символизм напомнил удивительно три закона диалектики Энгельса. «Единство и борьба противоположностей», « развитие мира по спирали» и «переход количества в качество». Этот крест ещё называют Трискель.

Share on facebook
Share on twitter
Share on vk

Патриархальный мир, мир холодной логики коллекционеров, сжигателей ведьм, подходит к своему логическому концу. Этот конец материализма в его самом материальном проявлении – экономике находится в кризисе. Простите меня за банальность. Пришло время снять корсеты и дышать полной грудью.

Гендерное равноправие в истории Бретани

Ещё римские историки отмечали, что галльская женщина имеет те же права, что и мужчина на восхождение на трон, на командование армией, женщина может быть священником или друидской жрицей. В раннее средневековье законадательство Бретани оговаривает равные права женщин и мужчин на ведущие посты в местном правлении, может быть судьей и распоряжаться своим движимым и недвижимым имуществом по своему личному усмотрению. (Наверное надо отметить, что в большей части Европы имуществом распоряжался мужчина. Даже тем, которое оставалось дочери от отца в наследство.)

В позднее средневековье надвижимость наследовал старший ребенок. У девочек были те же права, что у мальчиков. И, соответственно, история знает множество дюшесс (королев). Это Аликс Бретонская, Констанс, Жанна де Пантьевр и самая знаменитая – Анна Бретонская.

Женщины при замужестве не меняли фамилии. Понятий «девичья фамилия» или «фамилия по мужу» не существовало. В наши дни более 30-ти процентов депутатов Бретани – женщины. То есть в три раза больше, чем в среднем по Франции. Женщин сенаторов, глав и сотрудников «Conseil Général», «Conseil Régional», больше, чем мужчин. И в экономическом секторе женщин, возглавляющих крупные предприятия больше, чем мужчин.

Не зря символом Бретани является дама в высоченном, белом, кружевном накрахмаленном чепчике – «бигуден» с доминантным, сильным характером, свободная, без комплексов, имеющая своё мнение и умеющая его отстаивать.

Share on facebook
Share on twitter
Share on vk

При перепечатке и копировании статей активная ссылка на журнал «В загранке» обязательна.

Адрес статьи здесь

У этой записи 8 комментариев

  1. Ирина Куничкина

    Здравствуй, Хилола!
    Великолепный материал, ёмкий и запоминающийся.
    Спасибо за откровенные мысли.

  2. Ирина Полещенко

    Здравствуйте, Хилола! Мне очень понравился ваш пост! Замечательные скульптуры! Интересно, что девочки имели такое же право на наследство, как мальчики. И это в средние века!!! Интересно, что женщина не брала фамилию мужа при замужестве.

    1. Здравствуйте, Ирина, большок спасибо. Скульптуры отображают очень точно местный тип жителей. Такая разница с остальными французами.

  3. Александр

    Да очень интересно. Сейчас в принципе к этому (равенству половов) и идёт всё человечество. Это происходит для получения некого баланса в развитии. Всё же женщины и мужчины по-разному смотрят на одни и те же вещи и не факт, что мужской взгляд более предпочтителен во многих случаях.

    1. Мы взаимодополняемы. Был матриархат, потом патриархат. Может, сейчас наступило время для объединения. “Единство и борьба противоположностей”. Борьбу мы прошли. Теперь нужно познать единство. Разрешить другому быть таким, какой он есть. Быть гибким, сохраняя свой стержень. Быть многомерным. Есть всегда моя часть, которая судит, разделяет, анализирует. А есть и другая. Которая соединяется, синтезирует. Знать, что все эти части есть во мне одновременно. На разных уровнях, может быть. Если бы в мужичнах не было женского и наоборот, мы не могли бы общаться. Нет ничего чистого, абсолютного. И в то же время нельзя отказываться от своей многогранности. Когда все становятся бесполыми. Когда ты в другой стране и говоришь на другом языке, ты опираешься на свою, родную культуру. На свои корни, разговаривая с другими на их языке и оставаясь собой. Говорить на языке другого это не предательство себя, это расширение.
      Мне кажется, что это течение, когда девочки превращают себя в мальчиков и наоборот, оно страшное. Это неприятие себя таким, какой ты есть. Это буквальное выхолащивание себя. Это как лишение иммигранта его памяти, его культурных корней. Как художник, которому не разрешили писать белой краской, например. Или зелёной. Или его заставляют выбирать. Как-будто другая краска или другие не должны существовать. И ужасно, когда нельзя быть злым или агрессивным. Без разрушения нет построения нового. Агрессия, протест – мощные созидательные силы. Если стать текучим, как ребёнок, тогда эта злость не будет подавляться и потом выходить в извращённой форме серийного убийцы или садиста. Когда ты честен, сразу выражаешь свои эмоции, чувства, когда позволяешь им быть, они быстро переходят в другие эмоции. Это энергии. Они в постоянном движении. Тогда нет блоков запретов, которые потом неконтролируемо взрываются.
      Мужчинам так трудно принять свою женскую часть. Великие художники, поэты, артисты это те, кто принял в себе и мужское и женское. И творит из этого.

  4. Ирина

    Очень интересно! Спасибо, Хилола! Всегда с удовольствием знакомлюсь “твоей душой” с Францией!

    1. Спасибо большое Ирина. Как точно подмечено! “Твоей душой”!

Добавить комментарий